Книга На крыльях любви. Лебедь, страница 134 – Эмилия Грин

— Алина? – выпустив своего брата из захвата, он поспешил ко мне.

— Я… я услышала шум… – Переминаясь с ноги на ногу в его футболке, я проглотила комок в горле, поскольку у меня резко пересохло во рту.

— Вот тебе и шумоизоляция! – он стукнул по двери кулаком. – А мы тут решили пострелять на ночь глядя. Не хотели тебя будить. – Воронов обеспокоенно заглянул мне в глаза. – Я сейчас вернусь, ладно? – голос любимого прозвучал твердо.

— Нет… Я не хочу вас отвлекать, – натянуто улыбнулась я. – Не спеши… Правда. Александр Сергеевич обещал показать вам класс. У него завтра, то есть уже сегодня, день рождения. Побудь с папой!

Кирилл крепко меня обнял.

— Мы еще немного постреляем, и я приду. Идет?

Кивнув, я вернулась в спальню.

Они с отцом не виделись несколько месяцев, и, конечно, Кирилл хотел провести время в тесном мужском кругу, с отцом и братом. Было бы глупо отвлекать его от этого из-за того, что я увидела дурной сон…

Возвращаясь под одеяло, я мысленно себя отругала. Я ведь уже давно проработала свои глубинные страхи и необоснованные тревоги – не собиралась вновь позволить им взять над собой верх…

Сегодня вечером ресторан «Патрики» был закрыт на спецобслуживание. В заведении постоянно проходили банкеты, но такой размах я наблюдала впервые. Шеф-повар даже разработал специальное праздничное меню, состоящее исключительно из любимых блюд именинника.

Да, Артем не одну неделю готовился к торжеству отца, и, по ощущениям, Александр Сергеевич высоко оценил старания старшего сына. По крайней мере, с начала праздника улыбка не сходила с его лица. Несмотря на инвалидное кресло, мужчина выглядел импозантно в классическом черном костюме, белоснежной рубашке и дерзкой бабочке в черно-белый горох.

Я знала, что из-за осложнений, вызванных диабетом, Александр Сергеевич лишился ступней на обеих ногах и у него серьезные проблемы со здоровьем, однако он не выглядел сломленным. Напротив, отец моего жениха, лавируя между гостями, излучал ауру спокойствия и хладнокровия как какой-нибудь буддийский монах.

— В этом красном платье ты меня убиваешь, Лебедева Алина… – Кирилл обнял меня со спины, целуя за ушком. – Специально шьешь платья, которые не терпится поскорее содрать? Да? – Его ладони скользнули от моей талии к бедрам, сомкнувшись внизу живота.

Несколько секунд я млела, обезоруженная горячим дыханием и уверенными прикосновениями своего мужчины. Наконец, выскользнув из его объятий, я развернулась и по-дурацки хихикнула, наслаждаясь его нежным проникновенным взглядом.

Я вынуждена была признать, что алое струящееся платье из моей дебютной коллекции Black Swan (Черный лебедь) неимоверно мне шло, подчеркивая все достоинства фигуры. За счет кроя оно подогревало воображение, не раскрывая главную интригу. В этом и заключался посыл моих вещей – раскрывать красоту каждой женщины.

— Я сегодня уже говорила, как сильно тебя люблю, Воронов Кирилл? – пробормотала я возле его губ.

— Говорила на рассвете… – Приблизив к себе мое лицо, он легонько поцеловал меня в кончик носа. – Но я не против еще раз послушать.

Мы с Кириллом сегодня впервые открыто появились вместе, вызвав целый шквал вопросов и любопытных взглядов, особенно среди моих коллег. Больше всех, пожалуй, удивилась Инга, ведь она вплоть до вчерашнего дня продолжала строить моему жениху глазки, упорно не желая признавать очевидное.