Книга На крыльях любви. Лебедь, страница 125 – Эмилия Грин

— Официант! – Паша сложил руки рупором. – Самое дорогое шампанское за наш стол! Мои друзья женятся-я-а! – и Левицкий бросился душить нас в объятиях.

— Паш, отвали, а? Тебя слишком много! – на этот раз вполне миролюбиво обратился к нему Кирилл, оттесняя от меня своего любвеобильного товарища.

Но Левицкий лишь рассмеялся коварным смехом.

— Ну щас! Мы вам такую свадьбу отгрохаем! Да вся Москва вздрогнет! – Он потер ладони. – Я буду тамадой! И это даже не обсуждается!

Мы с Кириллом одновременно рассмеялись, и он натянул часы обратно. Я выдохнула, потому что градус трагизма, витавший в воздухе, явно понизился. Аллилуйя, мордобоя не будет…

— Поздравляю, ребят! – губы Артема сложились в кривоватую улыбку. – Кириллу повезло… – Его родственник посмотрел на меня так, будто ему известно гораздо больше, чем я предполагала.

— Дуракам вообще по жизни везет! – Левицкий хмыкнул, тут же добавив: – Кирюх, не ломай мне нос, пожалуйста! – при этом скосил глазки на манер мультипликационного персонажа.

В этот миг около нашего стола материализовался официант. Хоть я и не планировала пить алкоголь, судя по решительному выражению лица Паши, отказаться от распития игристого не удастся.

— Есть у меня одна традиция… – начал он с деланно-серьезным видом.

— Что еще за традиция? – насмешливо поинтересовался Кирилл.

— Я только что ее придумал! – хохотнул «тамада». – За помолвку первый тост пьем до дна! Давайте-давайте! Дикарка Алина, Кирюха! За вас, друзья мои!

Обменялись улыбками.

Далее короткие смешки. Звон стекла.

— Открою вам, дети мои, секрет, – Паша задорно подмигнул, – я же давно все понял…

— И что ты там понял? – язвительно спросил Кирилл.

— Как-то заехал в «Патрики» пообедать и увидел, как ты, Кирюха, аки пес бродячий, ошиваешься около окон. Высматривал кого-то, высматривал, да так и не решился зайти… Вроде не робкого десятка? А учитывая, что в зале, кроме дикарки Алины, никого не было, я сделал определенные выводы…

— Умник! – беззлобно парировал любимый, подливая мне шампанского, так как бокал на удивление быстро опустел.

— Ну а после того, как я провозгласил Алину своей женой, все стало ясно как день божий! – заржал «тамада». – Помнишь, я пригласил тебя на нашу свадьбу в качестве гостя?

— Слушай, Паш… – Кирилл пронзил его суровым взглядом.

— Да расслабься, братишка! – вклинился Артем. – Я тоже сразу заметил. Ворвался ко мне в кабинет в тот день, Отелло недоделанный, с таким отлетевшим видом… Шекспир крутанулся в гробу волчком.

— Однако Темыч не только молился на ночь, но и посещал секцию дзюдо! – хохотнул Паша. – А вот моему носу повезло гораздо меньше…

Лицо Воронова засветилось удовлетворением и ликованием.

— Паш, за дело получил! – прищурившись, склонил голову Кирилл. – Но спасибо… – добавил он тихо. – В ту ночь я многое для себя переосмыслил. – Любимый внимательно посмотрел мне в глаза, – Например, что никому не отдам свою Лебедеву Алину. Столько нервов на тебя потрачено, Сокровище, подумал, будет обидно, если не поженимся, – хитро мне подмигнул.

На пару мгновений мы подвисли друг на друге, не обращая внимания на образовавшуюся неловкую паузу за столом. Левицкий откашлялся.

— Так выпьем же, друзья мои, за это! И по сложившейся уже традиции… До дна!

* * *

Мы с Кириллом вернулись в номер лишь в четвертом часу утра. И хотя я остановилась на одном бокале, далее заменив для себя шампанское чаем, чувствовала себя веселой и окрыленной, наслаждаясь компанией любимого мужчины, его брата и их друга-балагура.