Книга На крыльях любви. Лебедь, страница 118 – Эмилия Грин

Обернувшись, мы увидела улыбчивую женщину с двумя небольшими ведерками в руках.

— Добрый вечер, – отправила ей ответную улыбку я.

— Добрый, молодежь! Я пришла кормить этих красавцев. Познакомьтесь, наши Петр и Феврония. На днях переводим их на зооферму в утепленные вольеры.

— А можно нам тоже покормить? – внезапно спросил Кирилл.

— Если они примут еду из ваших рук, то почему бы и нет.

Я с замиранием сердца разглядывала красивую белоснежную птицу с гордо расправленными крыльями. За ней, грациозно изгибая шею, рассекала водную гладь еще одна.

— Петя, айда сюда… А где деток забыли?

— У них есть дети? – Кирилл вопросительно изогнул бровь.

В этот миг прямо из-за домика выплыли малыши с оперением серо-бурого цвета.

— А то – настоящая лебединая семья! А Петя у нас заботливый отец семейства. Ест сам только после того, как накормит жену и малышей.

Неожиданно лебедь по имени Петя принял из рук Кирилла кусочек яблока, однако, вместо того чтобы съесть его сам, поплыл к домику, возле которого резвилось потомство. Отец семейства передал малышам угощение, которое все это время держал в клюве, после чего снова подплыл к нам.

Мы с Вороновым переглянулись, и я протянула Пете еще кусочек.

На этот раз заботливый самец принес ужин своей жене, так и не решившейся приблизиться к чужакам.

— Какие умные птицы! – широко улыбнулась я, наблюдая за тем, какое трепетное отношение проявляют лебеди друг к другу.

— Лебединая верность – это не миф, – подтвердила наша новая знакомая, протягивая мне ведерко с крупой, – Лебеди очень преданные птицы. Пару они создают раз и на всю жизнь.

Накормив лебединое семейство, я обратила внимание на одинокую птицу в дальней части пруда. Она плавала, иногда ныряя, и наверху оставался лишь ее остренький хвост.

— А почему ее не кормите? – поинтересовалась я у работницы парка.

Женщина вздохнула.

— Глаша уже неделю не ест… Отказывается.

— Почему? – спросил Кирилл.

— Наша лебедка недавно лишилась своей пары, и очень тяжело переживает потерю… Первые дни еще держалась, а потом начала отказываться от еды. Целыми днями смотрит в небо печальными глазами.

— Как жаль, – еле слышно пробормотала я, непроизвольно переплетая наши с Кириллом пальцы.

— Ну, ладно, молодежь, мне пора! – кивнув нам напоследок, женщина отправилась в сторону освещенной аллеи.

Подтянув меня к себе поближе, Кирилл положил подбородок мне на плечо, обнимая за талию. Какое-то время мы так и стояли, любуясь блестящей гладью пруда, которую рассекали эти красивые преданные друг другу птицы.

Тем вечером мы с моим женихом поужинали пиццей, и уснули под какую-то старую сопливую мелодраму. Заснув в объятиях Кирилла, я увидела сон, будто взъерошенный серый птенец расправил свои большие белоснежные крылья, взлетев высоко-высоко…

Никогда еще я не чувствовала себя такой счастливой и свободной. Наверное потому, что рядом со мной летела моя пара. Мой самый близкий и родной человек. А за нами, рассекая молочные облака, еще одна птица поменьше…

* * *

— …Кирилл? Ты что творишь?! – шикнула я на Воронова, внезапно оказавшись в той самой злополучной подсобке: любимый поймал меня в коридоре и затащил в нее.

— Это что еще за фамильярность? В рабочее время я для вас Кирилл Александрович… – Толкнув меня к стене, он вжался в мои бедра пахом.