Книга На крыльях любви. Лебедь, страница 103 – Эмилия Грин

Кирилл почти меня не перебивал, время от времени лишь задавал наводящие вопросы. Сегодня он реагировал на мои откровения со спокойствием буддистского монаха. Кажется, нам удалось-таки пережить ядерный шторм, и начать слушать, а главное – слышать друг друга.

— Стейки готовы! – Кирилл поднял большие пальцы вверх. – Сделал две степени прожарки. Себе с кровью, – он подмигнул, – тебе максимальную!

— Люблю максимальную прожарку…

В глазах Воронова зажглись дерзкие искорки, и до меня вдруг дошло, как двусмысленно звучит наш диалог.

Кирилл плюхнулся на качели рядом со мной и, подавшись навстречу, скользнул мне в рот языком. Он покусывал мою нижнюю губу, перетаскивая меня к себе на колени. Не разрывая поцелуя, Кирилл обнял меня обеими руками, прохрипев:

— Я столько лет мечтал об этом. И когда это, наконец, произошло, не могу думать ни о чем другом… – Горячей ладонью жених скользнул под мою куртку.

С легкостью миновав препятствие в виде футболки, он погладил кожу на животе, высекая стайку колючих мурашек.

— О чем именно? – прошептала, сжимая его шею ладонью.

Да, мне хотелось знать все его мысли о нашей близости, потому что как бы я ни пыталась выкинуть прошлую ночь из головы, переключившись на более нейтральные темы, ничего не выходило: в каждом слове, фразе, жесте сквозила понятная только нам особая интимность.

— О чем я думаю? – нежно поцеловал. – О твоих губах, Сокровище. – Он резко просунул пальцы под пояс моих джинсов, цепляя край белья, и я задрожала. – У тебя самые сладкие губки, Алин…

Ау…

— …Кстати, как тебе твой первый раз? – с такой милой озабоченностью в низком обволакивающем баритоне, что я не смогла сдержать улыбку.

— М-м… Неплохо… – приврала я самым наглым образом, чтобы уж совсем не зазнавался. – Да и второй был очень даже…

Я поцеловала Кирилла в шею, в кадык, наслаждаясь тем, как мои прикосновения сказываются на его дыхании.

— Ты себе и на третий уже нацеловала… – усаживая меня так, чтобы его колено уперлось мне прямиком между ног. Ну что за змей-искуситель? – Алин, точно не болит? – спросил вдруг серьезно.

Вместо ответа я накрыла губы Кирилла своими и, выдохнув струйку горячего воздуха ему в рот, переплела наши языки. Углубляя поцелуй, я отыскала идеальное сочетание между посасываниями и легкими укусами, содрогаясь от вибрирующих звуков, поднимавшихся из глубины его горла.

— Не боли-и-т… – как-то слишком блаженно улыбнулась, вспоминая, как хорошо нам было ночью.

— Если хочешь, я заглажу вину? – Подразнил меня кончиком языка, и я не смогла сдержать хриплый смешок. – Если бы я знал, было бы совсем не больно…

Я снова поймала его обеспокоенный взгляд.

— Моя сексуальная жизнь прямо-таки расцвела буйным цветом… – беспечно улыбаясь, пересчитывала его крохотные жесткие щетинки ногтем.

Воронову безумно шла легкая небритость.

— Судьба у меня такая – чему-нибудь тебя учить. Алина, – хрипло заметил Кирилл. – И мне нравится быть твоим учителем. К слову, в сексе ты схватываешь гораздо быстрее, чем в алгебре!..

Я фыркнула, так и не сумев подавить глупую улыбку. Вот не могла на него обижаться за это дурное сравнение… Особенно когда он прав.

— …Ты сильно голодная? – слегка повернув голову, Кирилл внимательно на меня посмотрел.

— Не очень, – прошептала в его приоткрытые губы.