Книга Это война, Свистунова!, страница 28 – Лада Соль

— Когда ты сидела и мило улыбалась ему, – рычит Свят.

— Так он мне тоже улыбался, – огрызаюсь я.

— Можно было не отвечать на все его подкаты, – Свят до скрипа сжимает руль и резко выезжает с парковочного места, поймав недовольный сигнал клаксона.

— Свят! – хватаюсь за ручку двери и бросаю на этого ненормального упрекающий взгляд. – Да что происходит?

Но Святослав не отвечает. Мы молча едем к моей квартире. Весь этот месяц, с момента перелома, я была дома, да и какие мне занятия, если я с гипсом.

Меня подменяла знакомая девочка, что учится на хореографа. И снова Свят её нашёл мне. Хорошая, ответственная, умная и очень внимательная. Я теперь даже подумываю, чтобы взять её на работу.

Но это только мысли, чтобы отвлечься. Подъезжаем к моему подъезду. Свят помогает мне выйти из машины, подняться в квартиру и даже раздеться.

— Пока, – говорит он хрипло, но стоит на месте.

— Пока, – выдыхаю я, а мозг вопит, чтобы остановила его.

Чтобы попросила к ужину не опаздывать. Но это мозг, а рот не открывается.

Свят слегка приподнимает уголки губ, кивает и уходит, оставив меня одну. В моей квартире, где ещё месяц назад я наслаждалась одиночеством, а сейчас выть охота.

* * *

— Ну и чего ты бесишься? – Грач смотрит на меня и еле сдерживает смех.

Уволить его, что ли, чтобы нервы мне не делал? А кто мой зад прикрывать будет тогда?

— Я вот сейчас нахожусь на распутье, – смотрю на Грача. – По довольной морде тебе съездить или уволить?

— Ни то и ни другое, – уже не сдерживается он, хохочет. – Что ты будешь без меня делать тогда?

— Жить, – вздыхаю я и снова смотрю на время.

— Не поедешь сегодня? – Грач становится серьёзным, а мне так паршиво, что не вдохнуть.

Я привык к Свистуновой. И наши эти постоянные огрызания, разговоры, споры, даже её всегда пересушенное мясо стало чем-то таким, что заставило задуматься, как я живу.

Я знаю её расписание. Знаю, какой она кофе пьёт по утрам. Знаю, как она прикусывает губу, когда волнуется.

— Ты же сегодня даже не работаешь толком, Свят, – заявляет Грач. – Может, стоило бы признаться в том, что войну ты этой Свистуновой зря объявил? Да и не война у вас была, а только бодание. Две калеки, блин, – и снова смех Грача наполнил кабинет.

— Ты знаешь, мне сейчас кажется, что это не я пытался кого-то перевоспитать, а нас с Соней усердно воспитывали, – хмыкаю я. – Родители, жизненные ситуации и даже дети.

— О да, – хохотнул Грач. – Племянники Сони – лучшая прививка, чтобы задуматься, стоит ли иметь детей.

— Да ладно тебе, – теперь уже я улыбаюсь. – Будто сам таким не был? Они мне нас с Савкой напомнили. Как нам дед говорил, что пока мы вырастем, дом можно будет перестраивать заново.

— Ну и почему ты тогда здесь сидишь до сих пор, а не идёшь собираться на ужин? – спрашивает Грач. – Ну и что, что гипс сняли у твоей Свистуновой. Это же, наоборот, зелёный свет тебе, Свят. Да и фамилия ей не идёт эта.

— Скажи мне, что не общался с мамой, и это сейчас не очередная уловка родителей, чтобы женить меня, – говорю Грачу, смотря на него строго.

— Ты уже привидений видишь там, где их быть не может, – и снова ржёт. Да что же у него такое настроение-то сегодня хорошее?

Но в одном он прав – зачем портить то, что уже налажено. Поднимаюсь с кресла, быстро одеваюсь, потому что опаздываю. Мне нужно время, чтобы добраться к Соне, а так я могу не успеть.