Книга Моя. Искушение мажора, страница 67 – Ника Княжина

М-да. А ведь, наверняка, можно было бы избежать этого всего. Стоило только слушать и слышать свою жену. Да и вообще, отчего люди так редко разговаривают друг с другом, а ещё навязывают свою точку зрения? Не проломил отец Свету, отчего я даже рад, но побег — довольно кардинальная мера. Она ведь знает, что если не уладить быстро вопрос, то всё просочится в прессу.

— Бесишься из-за своей карьеры? Или что Света поступила так, как сама решила?

— Думаешь, мне карьера важнее всего на свете? На свете… Руслан, ё-маё, за что мне это? Внебрачный сын? Да она смеётся надо мной! Какой развод? Я, бл*, никогда ей не дам развода! Слышишь? Я её найду и верну назад!

— Пап, давай сюда коньяк свой. Тем, что ты превращаешь себя в животное, ситуации ты точно не поможешь.

Я протягиваю руку и жду. На миг в глазах отца проявляется понимание. Он неловко протягивает коньяк и запускает пальцы обеих рук в волосы. Его тело как-то обмякает и даже становится его жалко.

— Я ведь люблю её, — говорит тихо; от его слов я даже забываю, как дышать. А потом отец продолжает, и я внимательно слушаю, пытаясь переварить новую информацию. Или это пьяный бред, или всё действительно оказывается не так, как я себе всегда предполагал. — Думал, что после Маши больше никогда никого не смогу полюбить. Ты ведь знаешь, что твоя мама была для меня центром вселенной. А потом была тёмная полоса жизни, я ушёл в карьеру с головой, забыв о том, что значит, чувствовать. И только Света… стала моим светом. Боже, говорю, как сопливый придурок.

— Зачем же ты настаивал на аборте?

— Ты не понял? Она меня не любит. Я для Светы лишь удачная партия, выгодное предложение. Так мне достаётся хоть какое-то её внимание, а если у нас будет общий сын, она погрузится в материнство и всё. Я снова буду во мраке.

Качаю головой. Чёртов эгоист.

— Ложись, — командую.

Отец безропотно устраивается на диване, подтягивая под голову декоративную подушку. Я укрываю его пледом, и плевать, что на нём одежда для выхода. Пиджак давно смят и в алкогольных пятнах. Пусть завтра поглядит, на кого он стал похож.

Выкидываю мусор и выключаю свет. Нужно проверить Ксюшу, вдруг она всё-таки проснулась от погрома, учинённого отцом?

* * *

После потрясающей ночи, проведённой в обнимку со своей девушкой, я чувствую себя с утра бодрым и активным. Долго наблюдаю за полуобнажённой Ксюшей, которая сладко спит и обнимает меня ногами и руками. Боюсь даже пошевелиться, чтобы не разбудить её сон. Странное новое чувство появляется в душе. Хочется просыпаться так каждый день.

Замечаю над пупком небольшой шрам. Провожу рукой по неровной поверхности кожи в этом месте. Откуда он у неё? Как мало мы пока знаем друг о друге, но я так хочу узнать о ней всё.

Ксюша начинает шевелиться, а я прикрываю глаза. Интересно, разбудит ли она меня или тихо убежит. К сожалению, девушка решает идти по второму пути. Открываю глаза и наблюдаю за тем, как она поспешно натягивает на свои стройные ножки джинсы. Какая же моя девушка красивая.

Наш забавный диалог перетекает в игру с подушками. Сначала я поддаюсь, но потом всё-таки беру инициативу в свои руки. Нависаю над девушкой в диком желании поцеловать, приласкать, изучить каждый изгиб её тела…

Но звук будильника приводит меня в чувства. Страсть затмила разум. А ведь внизу мой отец сейчас наверняка мучается от похмелья. Воспоминания о вчерашнем разговоре вновь начинают крутиться в голове. До сих пор в шоке от его признания в любви к Свете и нежелании делить её с кем бы то ни было.