Книга Мажор и заноза. Нам нельзя, страница 57 – Ника Княжина

— Ты… ты что натворил?! – вырывается из меня возмущённый крик.

У него в руке пустой стакан. А я вся в той самой воде, которую он предлагал мне выпить. Видимо, зря отказывалась. Он чокнутый!

Его футболка теперь облепляет моё тело. Ткань тяжёлым грузом висит на мне. Соски непроизвольно твердеют, что наверняка выглядит теперь очень неприлично. И я не понимаю. Ну правда, какого чёрта он вытворяет?!

— Незакрытый гештальт, Тенёчек, – хмыкает он и ставит стакан на тумбочку у кровати. – Решил, что в душ ты со мной откажешься идти. А мысль очень искушала…

Приближается ко мне. Я вот теперь вообще в полном трансе. О чём он? Какой душ? Конечно, я с ним никуда не пойду. Я, блин, сию же секунду хочу отсюда уйти. Он ненормальный!

— Ты, я… мужская раздевалка. И твоя грудь в облепившей тебя блузке, – шепчет он, укладывая руки мне на талию. Я застываю. Смотрю на его губы. Снова, кажется, вхожу в транс от его хриплого голоса. – Мне тогда хотелось тебя поцеловать. Жёстко впиться в твои сочные губы…

Он снова накрывает мою грудь. Теперь обеими ладонями. И я чёртова психопатка, что позволяю делать это. После того, как он нагло облил меня водой, даже не предупредив! Напугал меня, сбил с толку! И я теперь просто стою на месте, пока он лапает меня. И слова против не могу сказать.

Моё тело отзывается на него. Нервы натянуты до предела. Я хочу, чтобы он говорил мне всё это. Хочу, чтобы он желал меня.

Откидываю голову чуть назад, и он мгновенно впивается в мою шею губами. Ласкает кожу языком и зубами. Дерзко прикусывает. Его руки сжимают грудь, тискают её, сдавливают пальцами вершинки, крутят. А потом он резко сдёргивает футболку с плеча и кусает до боли в открывшуюся часть тела.

Я стону. Вспышка наслаждения с примесью горечи прокатывается по каждой клеточке.

Мне этого мало. И я чувствую, что ему тоже. Он уже на грани. Дышит прерывисто, словно ему приходится себя сдерживать. Даже, кажется, что он сейчас наплюёт на всё и завалит меня снова на кровать. Чтобы продолжить наше безумное утро в горизонтальной плоскости.

Яр отпускает мою искусанную кожу, подтягивает меня к себе ближе, плотно, впечатывает в своё тело. Я чувствую его каменный стояк. Он трётся об меня, и я, не думая уже ни о чём, вжимаюсь в него в ответ.

Обхватываю его шею, тянусь к его коже и кусаю в ответ. Впиваюсь зубами в него, и ловлю сознанием его сдавленный стон. Мои губы бегут выше, я обхватываю мочку вместе с его серёжкой.

Чёрт. Перед глазами плывёт от возбуждения.

Я чувствую, как его руки становятся жёстче, он перебирается на ягодицы и сжимает их. Он снова движется бёдрами мне навстречу, и я сдаюсь. Выпускаю его мочку и снова стону. Снова, чёрт побери, не сдерживаюсь.

— Тенёчек, ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя трахнуть, – шипит мне в губы.

Щёки полыхают от этих откровений. Я мокрая, возбуждённая, я вся в его власти. Если он надавит, я даже соглашусь снова испытать эту боль. Соглашусь на всё. Мне вообще больше нечего терять.

Безвольная ты, Алёнка, совершенно безвольная.

Рядом с ним сознание отказывает. Но я всё-таки пытаюсь удержаться в этой реальности, пока не натворила никаких глупостей. Хотя смешно. Я уже сделала всё, что можно, чтобы завтра жалеть.

— Но ты этого не сделаешь? – спрашиваю тихо.