Книга Любимых не отпускают, страница 40 – Мария Коваленко

— У нее очень упрямый отец. — Качает головой моя звезда.

— И этот отец уже мечтает о новой встрече со своей девочкой.

Не могу сдержать улыбку. Пока что в женском батальоне Евы у меня лишь одни союзник — самый маленький и важный. Хотелось бы больше. Но неплохо для начала.

— Врач сказал, что ничего страшного. Возможно, нас прямо сегодня отпустят домой.

— Тогда я приеду завтра. Надеюсь, уже в новый дом.

— Если мы что-то выберем, то завтра будет переезд. Я бы не хотела совмещать его с твоим визитом. Для Вики будет слишком много впечатлений.

— Послезавтра. — Кажется, я уже готов начать считать минуты до этой встречи.

— Леонас… — стонет Ева. — Ты невозможный.

— Очень даже возможный, поверь. — Поглядываю на часы. Капитально опаздываю. Похер.

— Хорошо. Если Вика пойдет на поправку. И если мы переедем.

— Водитель уже ждет тебя на парковке. Он в полном твоем распоряжении. Адреса домов будут у него через десять минут.

— Есть что-то, чего ты не предусмотрел?

— Есть очень много того, что я упустил. Хватит и этого.

Героическим усилием воли глушу свой порыв поцеловать ее на прощание и перед уходом на пару секунд заглядываю в палату к дочке.

* * *

После клиники энергия бьет ключом. За десять минут я успеваю согласовать с Лаевским встречу с Евой, прослушать пару истеричных сообщений жены и выслать Штерну один контакт, который нужно проверить в кратчайший срок.

Для полного счастья не хватает лишь заехать домой и переодеться. Но на это уже нет ни минуты. Оставив водителя Еве, я сажусь в такси и еду на Невский проспект. В отель, где меня не ждут и вряд ли будут рады встрече.

В том, насколько я прав, убеждаюсь уже через полчаса.

— Я не заказывала уборку номера, — со знакомым скрипом произносит немолодая стройная женщина, когда я вхожу в ее номер.

— Обещаю оставить все, как есть. — Закрываю за собой дверь и прячу в карман универсальную ключ-карту, которую любезно вручил мне администратор отеля.

— Рауде?! — Женщина оборачивается так быстро, что задевает лежащие на столе бумаги.

Те разлетаются по номеру, образуя черно-белый ковер.

— Давно не виделись, Алла, — смотрю на свою бывшую помощницу. Шапокляк, как называла ее Ева.

— Пять лет… — ошарашено произносит она, опускаясь на идеально застеленную кровать. — С тех пор, как ты уволил меня.

Будто я преступник, пришедший убить ее, Алла тянется к телефону. Но в последний момент одергивает руку.

— Ты никогда не умела правильно выбирать стороны. — Сажусь напротив нее в удобное кресло. — Работая в моей команде, ты исполняла приказы моей жены. А после увольнения ушла к конкуренту. — Наклоняюсь вперед. — К Грише Каткову.

* * *

Лицо Аллы бледнеет на глазах. Несмотря на опыт и несколько лет работы с Катковым, моя бывшая помощница так и не научилась держать удар.

Это неплохо. Особенно, если учесть, как именно я собираюсь ее использовать.

— Я не понимаю твоих обвинений! — с запозданием возмущается Алла.

— А я обвинял?

Закидываю ногу на ногу. Спешить теперь некуда, добыча на удочке и не сорвется. Можно неспешно вести задуманную игру.

— Как же слова о конкуренте?

Алла оступается и тонкой шпилькой прошивает насквозь одну из бумаг. В прошлой жизни такое и представить было сложно. Не с ее внимательностью и дотошностью.

— Это лишь факты. — Развожу руками. — Или ты осталась верна моей жене?