Книга Любимых не отпускают, страница 20 – Мария Коваленко

Тогда я считал, что могу повлиять на чужую судьбу. Жаль, роль бога стоила слишком дорого для нас всех.

— Лео, ты меня вообще слушаешь?! — ор жены такой громкий, что я слышу его даже с опущенным вниз телефоном.

— Приеду завтра. Сегодня не жди, — повторяю сказанное и отключаю мобильный.

Впереди ждут дела… Клубы, проблемы, переговоры. Но голос одной девчонки, как и пять лет назад оказывается сильнее.

Ева

В середине шоу чувствую уже забытый мандраж. Вроде бы нет никаких причин — концерт проходит отлично, зрители с восторгом принимают каждую песню. И все же странная тревога заставляет постоянно оглядываться, присматриваться и прислушиваться.

— Гриша, я сегодня не буду выходить на бис, — во время смены костюма сообщаю по телефону своему агенту.

— Что за заявочки? Это один из самых больших залов в Питере! Нужно еще поднять и потом крепите! — Гриша, как обычно, параллельно разговаривает с кем-то еще.

— Я сразу спою две дополнительные песни и попрощаюсь.

Из-за кулис смотрю на зал. С виду все, как обычно: аншлаг, цветы, аплодисменты. В свои первые концерты я и не мечтала о таком приеме. Каждый раз приходилось доказывать, что я не очередные поющие трусы, а настоящая певица. И все равно… сегодня почему-то не хочется задерживаться.

— Ева, все билеты раскуплены! Твои фанаты ждали тебя как праздника! Нет, к потолку крепить не нужно. Упадет кому-нибудь на голову, потом от исков не отобьемся.

— Я устрою им этот праздник. Уже устроила! От тебя мне нужно лишь одно. Чтобы ты дал приказ включить свет и открыть двери после прощальной песни.

— Я не буду этого делать. И ты тоже не сделаешь. Да, на дюбеля сажай!

— Проклятие, ты можешь хоть раз пойти на уступки?! — хочется бросить долбаный телефон в стену и попытаться самой договориться с администратором.

Шансов на то, что меня послушают немного. Гриша с первого дня нашего сотрудничества завязал все контакты на себе, полностью отстранив меня от организационной работы.

Тогда это казалось удачей. С маленьким ребенком на руках мне самой не хотелось никаких дополнительных хлопот. А сейчас бумеранг прилетел назад.

— Детка, все это ради успеха! Тебя любит публика, и ты ее тоже отлюби! Блядь, вы можете повесить эту люстру или нет?!

— Понятно. — Сама не знаю, от чего мне хуже. От того, что не могу понять собственное состояние. Или от упрямства Гриши.

— Сейчас не стоит хайповать на стервозности. Те времена прошли. Нынче люди любят, чтобы им угождали.

— Тогда угоди, пожалуйста, своей люстре. И повесь ее правильно. — Время перерыва закончилось. Мне пора на сцену, потому обрываю этот бесполезный разговор и кладу трубку.

— Он с тобой строже, чем со всеми остальными своими клиентами, — замечает мой визажист. Все время разговора она стояла рядом и слышала.

— Остался месяц! Всего месяц, и я буду свободна от этого упыря навсегда, — произношу нараспев и спешу на сцену.

* * *

О том, что предчувствие меня не подводит, становится ясно сразу после окончания концерта.