Книга Предателей не прощают, страница 45 – Мария Коваленко

— Боже упаси мне здесь учиться!

— Тогда…

— Я сама учу и порчу таких милых девочек как ты. — Встав из кресла, Арина заглядывает в мой чемодан и осторожно, словно раритет, поднимает вверх одну из футболок. — А если точнее, я стилист, шопер и преподаватель этикета.

Не ожидавшая такого поворота, я замираю с джинсами в руках.

— Не пугайся! — успокаивает Арина. — С бокалами и вилками разберешься без меня. Это просто. Я здесь, чтобы подготовить тебя к общению с журналистами, фотографами и прочими навязчивыми личностями. Поверь, это не менее важно, чем вокал. Спеть, в конце концов, можно и под фонограмму. А вот отвечать на неудобные вопросы придется самой.

— Да, наверное… — Земное притяжение заставляет приземлить попу на кровать. — И чему еще меня будут учить? Если не секрет.

— Этого я не знаю. У Леонаса нет строгой программы. С каждым он работает по отдельной методике. — Жмет плечами Арина. — У босса сумасшедшая интуиция. Он всегда чувствует, что из кого можно лепить. Единственные, с кем тебе точно придется поработать, это я, Валентина Пална, наш преподаватель по вокалу, и Маратик. Он хореограф.

— И все это будет здесь? — Я указываю взглядом на дверь.

— Да. Марат ставит шоу в соседнем корпусе. Для этого там есть отдельный зал. Валентина уже пять лет живет в Паланге. Она бывшая оперная певица. Если бы не астма, наша дива блистала бы где-нибудь на сцене Москвы или Неаполя. А так… Паланга — единственное место, где ее не мучают приступы. К тому же, здесь бывает Рауде.

Последнее звучит многозначительно. Вряд ли стоит сплетничать с малознакомым человеком, да еще в первый день, и все же не могу сдержать любопытства.

— Она неравнодушна к Рауде? Он ведь женат… — я мнусь, не зная, как лучше сформулировать.

— «Да» на оба твоих вопроса.

— И все живут здесь, зная об этом…

— Послушай, — Арина встает. Выражение ее лица из беззаботного становится серьезным. — Ты новенькая. Обычно все сами набивают шишки. Но я так устала от твоей склочной предшественницы, что ты нравишься мне авансом. Так вот у нас здесь негласное правило — мы не обсуждаем жену Леонаса. Никогда! Это табу.

— Вопрос «почему», как я понимаю, тоже запрещен?

— Ты не только симпатичная, а еще и умная! Точно сработаемся. — Глаза местного стилиста снова горят огнем.

Положив на место мою футболку, Арина машет мне на прощание и направляется к двери. Однако у самого порога вдруг оборачивается.

— И дам тебе совет, — тихо говорит она: — Не фантазируй о нем и никого не слушай! Рауде… это не тот человек, который бросится в омут с головой ради женщины. Поверь, — на красивых губах мелькает горькая улыбка, — многие пробовали заполучить его сердце. Ни у кого ничего хорошего не вышло. Как-то так.

Конец дня пролетает незаметно. Кухню и холодильник, до отказа заполненный готовой едой в одноразовых контейнерах, я нахожу сразу. Желающих пообщаться больше нет. А редкие постояльцы слишком увлечены своими делами.

Ни Рауде, ни его жену я больше не встречаю и, признаться, не переживаю по этому поводу. Психике просто необходима передышка. Хотя бы день! Осмотреться, привыкнуть… Однако, как выясняется утром, в моем графике нет выходных и свободных часов.

Только я успеваю сварить себе кофе, как в кухню является помощница босса. Мой монументальный бутерброд с колбасой и сыром тут же летит в мусорное ведро, а в руке оказывается твердое зеленое яблоко.