Книга Предателей не прощают, страница 17 – Мария Коваленко

— Берегите ваши уши! — шучу я, оглядываясь назад, и делаю глубокий вдох.

С песней Егора все складывается так же, как и с ним самим. Мне не нужно рвать связки, брать высокие ноты, да и вообще напрягаться. Пропустив первый куплет, я легко подключаюсь на припеве, а потом уже не замолкаю до последней строчки.

Чужой текст ложится на душу как свой собственный. Кураж от того, как звучит наш дуэт, лишает остатков скромности. Мне до покалывания в кончиках пальцев не хватает клавиш, но голос звучит чисто. А восторженные взгляды парней заставляют выкладываться все сильнее.

Когда стихает последний аккорд, все дружно начинают аплодировать.

— Вау, девочка, да ты находка! — первым произносит басист и издает такой свист, что у меня на мгновение закладывает уши.

— Я никогда не слышал вживую такого крутого женского голоса, — поддерживает его ударник. — Адель, мать твою!

— Можно будет на каком-нибудь концерте выпустить Еву перед нами. На разогреве! Публика любит симпатичных девчонок, а у нее еще и вокал! — тут же предлагает клавишник.

— Моя малышка! — рука Егора ложится на мою талию. — Ты талант!

Он поворачивается лицом к залу. Освещение над ним выключено, потому нереально рассмотреть, куда именно смотрит.

— Лео, ты слышал, как моя девочка поёт?! — кричит он громче, чем недавно свистел басист.

От неожиданности я вздрагиваю и чуть не роняю микрофон на пол. За время репетиции ни одна живая душа не намекнула, что в зале посторонний. Мы шутили и пели так, словно все лишь для себя. А теперь…

— Посредственно, — слышится сухой трескучий голос со стороны барной стойки, и мое сердце останавливается.

— Посредственно? — со взрывом смеха переспрашивает Егор.

За его спиной возмущенно переговариваются музыканты. Кто-то шепчет: «Мудак!» А я изо всех сил напрягаю зрение, чтобы рассмотреть «доброго критика».

— Племянник, у тебя слух испортился? — Дядя щедр на «комплименты» не только со мной.

— Вообще-то, она пела без фанеры и распевки! — Егор, кажется, готов драться за меня.

— Да хоть без трусов! Я тебе уже говорил — песня дерьмо. Исполнение, кстати, не лучше.

Одновременно с голосом слышу приближающиеся шаги. Мягкие, как поступь тигра на охоте.

— Лео, ты нудишь точь-в-точь как мамин пятый муж. Но у того маразм. Ему простительно.

Егор спрыгивает со сцены и идет навстречу к дяде.

— Я зевнул два раза, — выкладывает свой последний аргумент наш критик.

— Дядь, ты это… не обижайся. В твоем возрасте спать нужно больше. Тогда зевать не захочется.

Смелости Егора можно позавидовать. Мне дышать сложно в присутствии этого Лео, а он еще и спорит.

— Бессмертным себя почувствовал? — смеется дядя, и на границе света и тени я, наконец, различаю силуэт мужчины.

Я не ошиблась. Это мой первый клиент. Тот кто не стал ругать за игру на рояле, заступился за меня перед мегерой и вместо работы отправил ужинать. Второй человек в этом городе, который оказался неравнодушен к глупой голодной девчонке.

Лео…

Несмотря на обиду, меня буквально затапливает от благодарности и восторга. Теряюсь, как тогда на лестнице… К счастью мудрый внутренний голос быстро возвращает мозг на место. «Он просто утилизировал тебе ненужный ужин. Никаких нимба и крыльев», — отрезвляюще шепчет он, и улыбка стекает с моих губ.