Книга Предателей не прощают, страница 16 – Мария Коваленко

— А ты точно хочешь знать правду? — Правый уголок губ Егора ползет вверх.

— Ээ… — Смотрю на огромную коробку с японской едой. — Нет!

— Я говорил, что ты умница? — Губы парня касаются моей щеки.

— Ты так много всего говорил, что я не помню.

Мы все еще стоим рядом. Самая интимная дистанция. Неделю назад я чуть не сгорела живьем, оказавшись так близко к его дяде. А с Егором… Все рОвно. Нет и десятой части тех ощущений. Я словно с Соней и Ликой. Или снова в одной машине с Толиком…

— Перестарался, значит. — Взгляд серых глаз гаснет. Кажется, Егор что-то понял. — Надо срочно исправляться.

Он вновь переключается в режим безобидного весельчака и пропускает меня вперед, в клуб.

Несмотря на врожденную топографическую близорукость, в здании я обхожусь без подсказок. Прохожу длинный коридор на первом этаже. Сворачиваю к лестнице. Поднявшись, иду по второму коридору и чуть не выхожу на сцену.

В самый последний момент Егор толкает дверь в ближайшую каморку и за талию притягивает меня к себе.

— Прошу любить и жаловать! Ева! — громко кричит он собравшимся парням и гордо поднимает вверх пакет с суши. — Япошкину еду заказывали?

* * *

Как вскоре выясняется, музыканты группы под стать своему солисту. Парни принимают меня как давнюю знакомую. Освобождают место на диване. Находят чистый пластиковый стаканчик и палочки для суши. Шутят, что я стала для них настоящим талисманом.

— Этот мужик прямо после концерта подошел и дал визитку! — поедая маринованный имбирь, рассказывает клавишник.

— Ты бы видел свою рожу в тот момент! — смеется ударник.

— А типа тебя часто такие чуваки приглашают! — вступается за клавишника басист.

— Раньше только отшивали! — скалится ударник.

— Как и всех нас! Пока эта девочка не посидела на сцене, — шлет воздушный поцелуй клавишник.

— Ева у нас золото! И все равно… Пока не каркаем! — осекает всех Егор. — Вначале прослушивание, потом треп!

Он подмигивает мне и разливает по стаканчикам шампанское.

— Так вас зовут в какое-то шоу? — пытаюсь выяснить хоть что-то.

— Детка, это такой шанс… — Егор залпом, как воду, выпивает свое шампанское. — Ради него каждый из нас отдаст все, не задумываясь.

Снова никакой ясности. Но вместо бесполезных попыток выяснить хоть что-то я переключаюсь на суши.

* * *

За веселыми разговорами, подколками и рассказами о первых выступлениях я не замечаю, как проходит целый час.

Когда решаю попрощаться со всеми и попросить Егора отвезти меня в хостел, ударник вдруг вспоминает, что группа не отрепетировала последнюю песню. И мы все вместе перемещаемся на сцену.

— Сейчас быстро обкатаем, и я в твоем распоряжении, — многозначительно шепчет Егор.

— Мне бы услуги такси, — осаживаю его, пока этот выдумщик не раскатал свою губу на что-то большее.

— Жестокая! — с показной обидой хмыкает он.

— Зато честная. — Передаю микрофон и пытаюсь сбежать в темный зрительный зал.

С первым все проходит гладко — Егор устанавливает микрофон на стойку. А вот моя попытка улизнуть заканчивается провалом.

Под веселый свист музыкантов, этот наглец дает мне тетрадку с песнями и устанавливает дополнительный микрофон.

— Давай, крошка, принеси нам еще немного удачи! Пусть эта песня станет хитом! — Из-за спины доносится голос клавишника.

Не представляю, на что рассчитывают ребята. Но отказать им после такого ужина — настоящее преступление.