Книга Семья (не) на один год, страница 53 – Мария Коваленко

— Значит, слухи, что в банке кого-то взяли, не просто слухи... — тяжело вздохнул он.

— Не просто.

— И к ней ты сегодня приехал явно не в любовь играть. — Старик обернулся в сторону дома. Посмотрел на окна тяжелым взглядом. И тихо выругался.

— Там на столе документы на развод. Проверь, чтобы Лера подписала. И забери бумаги себе. Завтра приедет мой партнер, отдашь ему. Павел знает, что нужно делать дальше.

— Я так понимаю, девочка не в курсе того, что ты тут задумал?

Теперь мы оба смотрели на полицейскую машину.

— Пространства для маневров, в общем-то, и не было. — Я стянул с шеи галстук. В ближайшие дни, месяцы или годы он вряд ли мог мне понадобиться. — Мошенничество в сфере кредитования. Особо крупный размер, — горько усмехнувшись, произнес название статьи, с которой никогда не сталкивался как адвокат и никогда не подумал бы, что столкнусь как обвиняемый.

— А Лера?..

— На распоряжении о перечислении денег стояла ее подпись. Моя команда до последнего пыталась найти того, кто Леру так подставил, и не допустить утечки информации. Землю рыли. Задействовали все связи, какие смогли. Но акционеры решили поднять ставки. Денег на Каймановых островах им теперь мало. Они пожелали исполнить давнюю мечту — убрать Леру из акционеров. Тюрьма — способ грубый, но эффективный.

Начбез нервно сглотнул.

— Твою налево... Это же...

— До десяти лет с конфискацией, — вместо своего собеседника завершил я.

Первый раз даже думать о таком сроке не хотелось. А сейчас произнес легко. Болело теперь от другого. На куски рвало, стоило вспомнить серые глаза, которые я видел, возможно, последний раз. Все тело ломало, как от лютой простуды.

— И ты взял вину на себя... — Начбез словно сдулся. Плечи опустились вниз, а от вечного самодовольства на лице не осталось и следа.

На это мне даже не нашлось что ответить. С моим опытом глупо было верить в правосудие без доказательств и фактов. Никакие слезы Леры не убедили бы судью в ее невиновности. Тот, кто играл против нас, хорошо знал свое дело.

— А ты не думал, что она имеет право на правду? — без особого энтузиазма спросил СанСаныч.

— Сам лучше меня знаешь, как Лера поступит. — Я закрыл глаза. — Подпись ее. Не подделка. Мои люди провели экспертизу. Лера не сможет доказать, что не подписывала или что не знала, куда уйдут деньги. Смягчающих обстоятельств нет.

— Это все Биркин! — раненым медведем проревел Саныч. — Он в начале зимы приносил ей на подпись такие пачки бумаг, что и бригада не разобралась бы. Девочка не спала и не ела из-за всех этих приказов, распоряжений и протоколов. А тебе звонить отказывалась.

— Это уже не имеет значения. — Я положил руку на его плечо и крепко сжал. — К счастью, денежный перевод прошел только сейчас. Мое чистосердечное признание уже в деле. Та ее подпись ни на что не повлияет. Лера останется главным акционером. А замену себе я нашел. Биркин еще вчера передал свой пост новому человеку. За ним будут присматривать мои люди, так что можешь не волноваться.

Словно все еще не мог поверить, Саныч покачал головой и сел на верхнюю ступеньку крыльца.

— Но она ведь все равно узнает. Из новостей или от других людей. — Он вопросительно оглянулся на меня.

— Процесс будет закрытым. Моих связей для этого хватило. Акционеры тоже будут молчать. — Я сел рядом. — У меня есть досье на каждого. Стоит кому-то открыть рот — сядут все. И на срок гораздо больший, чем я.