Книга Я тебя не отпущу, страница 26 – Мария Коваленко

— Новые стеклопакеты в тридцати квартирах! — Диана загибает большой палец.

— Сегодня же оплачу стеклопакеты и установку.

— Неисправная проводка! Пять квартир и, возможно, общие щитки! — Фурия загибает указательный.

— Считай, что ремонтная бригада уже выехала.

— Возмещение вреда деловой репутации! — Средний палец присоединяется к большому и указательному.

— В принтере чистая бумага, — киваю на стол секретаря. — Сумму напиши. И на чей счет перечислять.

— Все так просто?

Взяв малышку на руки, Диана подходит ко мне и присаживается.

— Просто... да...

Наверное, сейчас я уже имею право спросить, кто эта девочка и почему она так похожа на меня. Крыша едет от того, как важно это выяснить. Но у ангела свои планы.

— Плывет! — Оглянувшись на маму, девочка протягивает мне маленькую ладошку.

— При-вет.

С голосом опять задница, хриплю как курильщик. С сердцем тоже все плохо. Оно то бьется, то замирает, словно не зная, отправить меня к мертвецам или оставить пока в живых.

— Ты устал? — Она поворачивает голову набок и, слегка наклонившись, изучает взглядом мое лицо.

— До этого момента даже не представлял насколько.

Нужно уже отпустить ее руку, не стоит пугать ребенка. Только это сильнее меня.

Никогда в жизни не думал ни о каких детях. Не хотел их и не боялся появления. Любые мысли о малышах были словно из другого измерения. Где семья — это счастье, где нет никаких врагов и рядом не кто-то очередной, а любимая женщина... одна-единственная.

Невозможная реальность. Запретная. Или возможная... вот так, внезапно.

— А как тебя зофут?

Совсем осмелев, девочка вынимает свою руку из моей и садится рядом. В ту же позу, что и я.

— Кли... Клим. — Собственное имя дается лишь со второго раза.

— Кьим? — Пухлые губы растягиваются в улыбку.

— Никогда не слышала такого?

— Нет, — мотает головой малышка и показывает мне свою куклу: — Это Яя.

— Ляля, — едва слышно поправляет Диана.

— Красивая кукла. Приятно... познакомиться. — «Только не сдохни на глазах у ребенка!» — мысленно командую себе и жму кукольную руку. — А как зовут подругу Ляли? Тебя?

— Ни-ка! — гордо произносит девочка по слогам. — А это пгинцесса! — указательным пальцем показывает на Диану.

— Принцесса и Ника. Понял.

Чувствую себя дебилом. В голове каша, с телом непонятно что, а на роже улыбка. Блаженная. От уха до уха.

— Вот и познакомились, — с нервным смешком произносит Диана и как-то странно трет переносицу.

— Ника так похожа на меня.

— Гораздо больше, чем ты думаешь. — Тряхнув головой, Диана на миг отворачивается от нас.

— Скажи... она... — Слова «моя дочь» застревают где-то в районе горла. Я не могу их произнести.

Вместо этого ловлю себя на мысли, что не доверяю Диане. Перегретым от напряжения мозгом ищу какой-то тайный смысл в сходстве с девочкой, жду манипуляции, и сам ненавижу себя за эти подозрения.

— Ника, милая, помнишь, я тебе говорила, что твой папа ненадолго уехал? У него были важные дела, но он должен был вернуться. — Уже не прячась, Диана смахивает со щеки несколько прозрачных капель.

— Да... — Словно ища защиту, малышка кладет куклу на колени и доверчиво жмется к моему боку.

— Так вот, родная, он вернулся. — Диана обхватывает себя руками и тоже опускается на пол. — Дядя Клим... Он твой папа. Мы его ждали. И он... приехал.