Книга Ложь между нами, страница 58 – Мария Коваленко

Пятнадцать.

Шестнадцать.

Семнадцать...

Цифры гремят в голове как удары колокола. Буквально чувствую каждую из них. Сбегая от реальности, концентрируюсь на громкости и тональности.

Восемнадцать.

Девятнадцать.

Двадцать...

Колокол звонит все громче, к его гулу добавляется еще какой-то шум. Он без ритма, то глухой, то звонкий.

Двадцать один.

Двадцать два...

— Вот скоты! Да кто посмел?! — будто что-то произошло, зло ревет за спиной Пекарский.

Меня неожиданно оставляют в покое. В полной тишине с резким стуком распахивается дверь. И я слышу голос:

— Босс! Она здесь. Сюда!

Дальше все как в бреду. Где-то далеко, за стенами здания, завывают сирены. Шум превращается в настоящий грохот. Кто-то кричит. Кто-то, судя по звукам, убегает.

Будто освоил искусство полета, Пекарский улетает в стену. Я не видела самого удара, но зато с удовольствием наблюдаю, как он выплевывает зубы и с ужасом смотрит на человека в дверном проеме.

Наверное, нужно радоваться. Все закончилось. Прохладный ветерок обдает горящую кожу на ягодицах. Больше никто не прикасается. Не мучает. Но успокоиться не получается. Все это время я ждала Клима и молила бога, чтобы он успел. Хаванский был единственным, кто мог спасти. Одним на свете, кто стал бы искать так быстро.

Мне было важно ДО. И жутко теперь... Того, кто вошел, я боюсь еще сильнее, чем изнасилования. Царапая ногтями столешницу, сползаю на пол и, как могу, пытаюсь прикрыть свой позор.

— Диана Дмитриевна... — Это Николай.

— Слава богу. — От облегчения бесформенной тряпкой растекаюсь по полу.

— Вы... — Николай осторожно, не касаясь кожи, поправляет мое платье. Снимает с рук стяжку и помогает встать.

— Молчи! — командую я быстрее, чем успеваю все обдумать.

— Если босс узнает...

Он словно не может поднять голову. Смотрит на мои голые ноги, наблюдает, как я суетливо надеваю белье. И сжимает кулаки так сильно, что белеют костяшки.

— Ни слова Климу!

Только сейчас начинаю осознавать весь кошмар, который со мной случился. Только сейчас разрешаю себе чувствовать саднящую боль между ног.

— Он тут все разнесет. И всех... — Кадык на горле Николая дергается.

Я хватаю его за руку:

— Ничего не было.

Это все моя ошибка. Моя! Никто не должен платить за нее. На других мне плевать, однако последствия для Клима... Даже представлять не хочу, что с ним случится.

— Мы просто говорили, — шепчу быстро. — Спорили. Ругались. Но этот урод меня и пальцем не тронул. Лишь одна пощечина.

Я оборачиваюсь в сторону Пекарского. Он уже успел застегнуть ширинку и поправить рубашку. Каким бы идиотом он ни был, а инстинкт самосохранения работает безотказно.

— Умоляю. — Сжимаю ладонь своего охранника. — Соври.

— Диана Дмитриевна... Как я ему...

Тяжелые шаги уже близко. Мы с тревогой смотрим в дверной проем. Сердце стучит так же громко, как гремел недавно мой спасительный колокол.

Несмотря на боль, я заставляю себя успокоиться. Готовлюсь врать за троих. Но когда появляется перепачканный кровью Хаванский, Николай сдается.

— Хорошо, — выдыхает он еле слышно. — Я ее нашел, — отчитывается своему боссу, — всё в порядке.

Глава 37

— Диана...

Клим словно не верит. Смотрит на меня немигающим взглядом. Как после глубокого погружения, тяжело дышит. Не двигается.

Если до этого еще можно было сомневаться в его чувствах, то сейчас нет. То, что горит в глазах, выдает его с потрохами. Не мне в этой комнате хуже всего. Не я сильнее всех загибаюсь от беспомощности.