Книга Я тебя заберу, страница 42 – Мария Коваленко

Становится плевать на место, время и защиту. Не думая ни о чем, я расстегиваю ширинку брюк, спускаю их вместе с бельем. И толкаюсь членом в свою девочку.

Резко. До ее вскрика. На всю глубину.

Так, как ей сейчас нужно. Как нужно нам обоим.

— Сволочь... — срывается с пухлых губ словно самый лучший комплимент.

— Твоя сволочь. — Выхожу полностью. И толкаюсь второй раз.

Еще быстрее. Так жестко, что Лиза выгибает спину и скребет ногтями по отутюженной простыне.

— Гад... — Закатывает глаза.

— Твой гад! — Кладу ладони на пышную грудь и сквозь одежду сжимаю соски.

Сминаю их до первого стона. Глажу мягкие полушария. А когда Лиза второй раз вздрагивает, начинаю трахать ее уже по-настоящему.

Вколачиваю член без остановок и нежности.

Вылизываю нежный рот с таким рвением, что за грудиной горит как перед инфарктом.

Шизея от того, как моя ведьма течет на меня, проталкиваюсь в нежную плоть. Тараню членом до упора. Беру свое... С такой одержимостью, что кровать скрипит, стоны звучат все громче, а в голове остается только одна мысль:

«Я тебя заберу! У всех! Даже если будешь против. Даже если придется снова вывернуться потрохами наружу».

Лиза

От привкуса крови на губах тормоза отказывают напрочь.

Я вижу серые больничные стены и проклятую капельницу. Понимаю, где нахожусь и зачем. Но стоит Марку бросить меня на кровать, все становится неважным.

Лопатки касаются больничной простыни, и пережитый страх превращается в желание.

«Это лекарство!» — приказываю себе, раздвигая ноги.

«Мне нужно!» — затыкаю рот внутреннему голосу и выпускаю на волю своих чертей.

Дальше все легко. Без табу и дурацкой скромности. Без ненужной нам прелюдии и бесполезных оправданий.

Просто беру! Не дожидаясь, когда все сделают за меня, сама насаживаюсь на пальцы Марка. Загибаюсь от их твердости внутри лона. И отпускаю проклятую тревогу на все четыре стороны.

К счастью, Шаталова не нужно просить дважды или учить пользоваться своим потрясающим членом.

— Сволочь... — единственное, на что хватает сил, когда массивная головка без презерватива прижимается к позорно влажным складкам.

«Давай же!» — произношу мысленно. Словно молитву. И Шаталов, как гребаный джинн, мгновенно исполняет желание.

Один толчок, и я хриплю от острого наслаждения.

Один взгляд — и выгибаюсь дугой.

Тело откликается каждым нервным окончанием. По позвонкам горячей лавой струится жар. Мышцы живота сводит от непривычной тянущей боли. Страхи тонут в новых ярких ощущениях.

Я сама тону. Вязну... Только этого мало!

«Еще!» — молю глазами. Подаюсь бедрами навстречу. Однако мерзавец будто не понимает. Душу выворачивает диким, одержимым взглядом.

Мучительно медленно, заставляя почувствовать каждую свою вену, каждый сантиметр, вынимает из меня член. И, улыбаясь, хрипит:

— Твоя сволочь. — Уверенно. Громко. Словно это что-то значит.

В ответ так и хочется послать этого умника к черту. От ненависти внутри все клокочет и трясется. Перед глазами снова мелькают кадры с разбитой машиной и лужами крови. Я опять слышу слова диктора о тяжелых повреждениях.

Но новый спасительный толчок вовремя вырывает из кошмара.

— Гад... — Закатив глаза, скребу ногтями по крахмальной простыне. Жадно хватаю ртом воздух и шалею.