Книга Я тебя забуду, страница 41 – Мария Коваленко

Безумно хочется найти этим эмоциям логическое объяснение. Страшно от своей реакции. Только ничего не получается.

«Мне просто жалко того Марка, который год заботился об отце», — хватаюсь за первую версию и сразу же понимаю, что не то.

«Я не могла влюбиться в него так быстро. Кто-то другой, зависимый от секса, — да. Но не я…», — спорю с собой, пытаясь убедить. И, как дворниками, смахиваю ресницами слезы.

— Он ведь наверняка сейчас с другими. Занимается сексом так, как привык. Не вспоминая меня, дурочку! Не думая, как я здесь! — вслух бью себя словами без пощады. Нарочно заставляю вспомнить рассказы Шаталова о его предпочтениях. Подключаю фантазию.

И смеюсь в голос, потому что плевать.

* * *

После истерики из душевой кабинки я выползаю на негнущихся ногах, с распухшим носом и губами на половину лица. Впервые становится радостно, что сегодня ночую одна, и никто не заметит этой дивной красоты.

При Шаталове, наверное, пришлось бы закрываться в своей комнате и изображать последнюю заучку.

Я булькаю сдавленным кашлем от этой мысли. Старательно закукливаюсь в махровый халат, в котором Марк выносил меня вчера из душа. Но по пути в кухню застываю у дивана как вкопанная.

— И что на этот раз произошло? — раздается возле двери.

Щиплю себя за руку, чтобы проверить на галлюцинации. Однако, вместо того чтобы исчезнуть, моя галлюцинация подходит ближе и берет за подбородок.

— Тебя и на вечер оставить нельзя? — Теплые пальцы, ощупывая, скользят по губам. Поднимаются к вискам и убирают со лба спасительные пряди. — Впечатляет!

— Ты говорил, что исчезнешь на сутки. — Щеки вспыхивают. Я чувствую, как заливаюсь румянцем от макушки до самой груди.

— Ты из-за этого такая красивая?

Следом за лицом Марк осматривает мои руки и шею. Сквозь халат трогает плечи и спину. Мягко прикасается к животу и бедрам. Словно проверяет целостность и комплектность.

— А ты… ты из-за этого приехал раньше?

Нужно бежать от него, но не получается. Надо придумать хоть какое-то объяснение, но от радости в голове вязкая каша. Закрыв глаза, я верчусь в горячих руках. Как домашняя кошка, млею от редких прикосновений к коже.

Мы даже не в кровати, а так хорошо, что улыбка сама расползается по опухшему лицу.

— Отвечаешь вопросом на вопрос?

Ума не приложу, как Шаталов определяет, что со мной все в порядке. Облегчение на его лице настолько яркое, что не верю глазам. Мой бронированный сейф не скрывает эмоций. Впервые как на ладони.

— У меня очень хороший учитель.

Не выдержав, встаю на носочки. Еще два дня назад мне было бы страшно положить руки на его плечи. А сейчас даже не робею.

— Так что случилось?

Марка не нужно ни о чем просить. Он тут же впечатывает меня в свою грудь и подхватывает под ягодицы, задирая халат.

— Ничего… — Мотаю головой, шизея о того, как совпадают наши реакции.

Чтобы возбудиться, мне хватает пары секунд. А Марк… он уже каменный.

— Некислое такое ничего. Как с роем пчел познакомилась.

Мужские пальцы гладят сквозь белье. Чертят линии по швам, вдавливая ткань в нежные складки. Делают меня такой влажной, что сама начинаю подмахивать навстречу.

— Нет… — Глотаю стон. — С собой.

— Тогда понимаю. Забавный зверек. — Марк зубами оттягивает ворот халата, освобождая доступ к груди.

— Ты слишком много обо мне знаешь.