Книга Я тебя забуду, страница 21 – Мария Коваленко

— Мы не в общежитие.

Еще секунду назад я и не собиралась садиться ни в какую машину, но тут уверенной походкой направляюсь вперед и плюхаюсь на пассажирское сиденье.

— А неважно куда! — машет рукой Кристина и еще сильнее выпячивает грудь. — Универ так достал, что я готова просто покататься. Хоть до метро, хоть до трамвайной остановки.

Серые глаза однокурсницы без всякого смущения скользят по фигуре Шаталова. Пухлые губы искривляются в трудолюбивую уточку.

От такого откровенного напора мне становится противно. Нет ни одного сомнения, что Шаталов согласится на это щедрое предложение. В конце концов, дичь сама летит в руки. Даже напрягаться не стоит.

Но будто и не слышал ничего, Марк обходит машину, садится на свое место. И лишь когда шустрая женская ладонь касается дверной ручки, ненадолго прерывает молчание.

— В расписании сегодня ни одной оргии, — холодно сообщает он, опустив стекло. — Мне вполне хватит твоей подружки.

Если бы словами можно было убивать, это был бы расстрел. Причем массовый. От стыда я не могу выдавить Кристине даже несчастное «Пока». А когда Шаталов заводит двигатель, равняюсь цветом румянца с флагом СССР.

— Вы вообще можете думать о чем-то, кроме секса? — шиплю, как только речевой аппарат отходит от контузии.

— С недавних пор в моем доме поселилась одна языкастая особа, из-за которой секс временно под запретом.

— И… вы это делали во всем доме? — Я нервно сглатываю, вспоминая уютную гостевую комнату, где провела сегодняшнюю ночь.

— А зачем себя ограничивать? Я заплатил немаленькие деньги за этот дом. За каждую его комнату.

— Да, поняла… Можно без подробностей? — Мой румянец горит все сильнее, а во рту становится все суше.

— Можно, — как-то подозрительно быстро соглашается Шаталов. — При условии, что ты готовишь ужин.

Последнюю фразу он произносит тем же насмешливым тоном, каким говорил до этого. И я не сразу понимаю, что все серьезно.

— Мне казалось, такие, как вы, питаются в ресторанах. — Обалдело смотрю на него во все глаза.

— Обычно да. — Шаталов даже не косится в мою сторону. Одной рукой ведет машину, другой проверяет что-то на экране навигатора. — Но должна же ты хоть как-то расплачиваться за жилье и защиту.

— Я могу помыть пол… — Закусываю губу.

Пустой желудок тут же разрывает тишину громким урчанием.

— А ему предложишь пожевать половую тряпку?

Мужская рука ложится на мой плоский живот так неожиданно, что перехватывает дыхание.

— Он… — От горячих пальцев по коже словно огненные змейки расползаются.

Я уже знаю, что такое секс. Хорошо помню свои ощущения, когда Витя учил доставлять ему удовольствие и изучал мои эрогенные зоны. Он не ленился тогда. Щедро платил за девственность.

Однако это прикосновение Шаталова не идет ни в какое сравнение.

Марк не касается моего белья. Его жест целомудреннее, чем проповедь Папы Римского. Но будто мы уже откатали получасовую прелюдию и выучили наизусть каждый сантиметр тел, внутри сжимается невидимая пружина, а губы начинает саднить так сильно, что я готова расцеловать лобовое стекло.

— Потише, девочка! — Неожиданный шепот обдает волной жара.

— Я… я ничего… — Собственный голос тоже хрипит.

— Я просто хотел тебя накормить. — В тоне Шаталова больше нет и тени насмешки. Он серьезен.

Рука исчезает с моего живота так же быстро, как и появилась.