Книга Я тобой переболею, страница 2 – Мария Коваленко

— А это тебе к сыну моему надо! Он умеет находить! — Оборачивается назад и высматривает кого-то среди гостей. — Вон какую куколку себе нашел, — показывает пальцем на девушку в белом.

— Это… — в горле внезапно пересыхает. — Невеста твоего сына?

Чувствую острую резь за ребрами.

— Наша Полинка, — кивает Потапов. — Не девка, а чудо. — Он шепчет что-то на ухо беременной жене. Но я уже отворачиваюсь и смотрю только на невесту.

Слишком бледную и растерянную, чтобы казаться счастливой.

Красивую в своем невесомом скромном платье.

Точную копию другой… женщины из моего прошлого, ради которой я готов был умереть. Но случилось наоборот.

Полина

Чувствую себя чужой на собственной свадьбе. Кругом килограммы настоящих бриллиантов и сотни фальшивых улыбок. Ни одного радостного лица или доброго слова.

Все, что слышу со стороны, лишь…

«Повезло ей. Приехала из глубинки и сразу такого жениха подцепила?»

«И что он в ней нашел? Она же мышь! Серая».

«А это платье? Оно убожество!»

За платье мне почему-то обиднее всего. Я специально отказалась от дорогого наряда, который предложил Рома.

Мне было неудобно в нем — корсет слишком сильно сжимал грудь, а шлейф был настолько тяжёлым и длинным, что в платье невозможно было передвигаться.

Вместо этой тюрьмы из оборок подруга Арина сшила для меня настоящее чудо — платье достойное принцессы. Элегантное, красивое и такое воздушное, что, казалось, я невесома в нем — могу порхать от счастья.

Жаль только, что вместе с платьем нельзя было изменить и все остальное — сменить гостей на парочку самых близких друзей, вместо загородной резиденции устроить праздник где-нибудь в небольшом питерском ресторанчике… желательно с видом на мой любимый Исаакиевский собор.

«Отца на смех поднимут», — вспоминаю объяснение Ромы.

«Он меня наследства лишит и из банка выкинет», — с горькой улыбкой сообщил он сразу после того, как сделал мне предложение.

На все это мне тогда безумно хотелось сказать, что, может, не так страшно. Но я смолчала.

Не с моим детдомовским опытом учить других общаться с их родными. Не такая уж сложность — выдержать пышную свадьбу.

Ради Ромы я была готова на все. Даже терпеть перешептывание гостей и презрительный взгляд молодой жены отца.

Влюбленная и счастливая, я стойко улыбалась каждому важному знакомому или дальнему родственнику жениха. Выполняла все приказы строгого организатора. И даже как-то дотянула до окончания праздника.

— С вами на сегодня закончили, — около десяти вечера сообщает мне Николай, главный организатор. — Дальше мы сами будем развлекать гостей, а вам рекомендую отоспаться, чтобы быть готовой ко второму дню.

— Это моя первая брачная ночь, — чувствую, как щеки покрываются румянцем.

За два месяца знакомства мы с Ромой так и не перешли границу интимной близости. Я мечтала сохранить невинность до свадьбы, а он не настаивал.

Мой замечательный Рома был настолько чутким и интеллигентным, что на всех свиданиях мы умудрились ограничиться поцелуями и объятиями.

Наверное, это чудо по нынешним временам. Отклонение от нормы.

Будь я старше, возможно, задумалась бы — так ли все хорошо. Но в девятнадцать… хотелось плакать от радости и кричать «Да!» во все горло.

— Хоть десятая брачная ночь, — хмыкает организатор. — Завтра у нас такая же толпа гостей. Василий Николаевич ждет, что мы справимся не хуже, чем сегодня.