Книга Заберу твою жену, страница 7 – Мария Коваленко

Помогаю ему надеть курточку и застегиваю молнию.

— И ты купишь мне мороженое?

Для любого другого ребенка такое лакомство, наверное, обыденность. К сожалению, мой малыш не балован даже подобными мелочами.

Михаил на дух не переносит детскую еду. Его воротит от вида сладостей. Он терпеть не может яркие книжки для малышей. А милые детские игрушки кажутся ему слабостью родителей, ерундой, которая может испортить ребенка и сделать его слишком мягким.

— Куплю. Если это останется нашим секретом, - заговорщицки шепчу на ухо.

— Тогда придется купить и дяде Вадиму. Иначе он расскажет обо всем папе.

От того, какую логическую цепочку выстроил мой малыш, волосы становятся дыбом. Это точно не мой мозг и не моя продуманность.

— Хорошо. Сделаем его своим сообщником, - подмигиваю Роберту.

Беру его за руку, чтобы вместе выйти из сада. И вдруг лопатками чувствую чужой пристальный взгляд.

________________ И кто это у нас так внимательно смотрит?

Глава 5

Мои ноги врастают в пол. Я еще не вижу человека, который смотрит на меня, но уже догадываюсь, кто это.

Как такое возможно? У меня нет объяснения. Возможно интуиция, развившаяся за последние пять лет до животного чутья. Возможно, дело в смотрящем. Это тот самый редкий представитель человеческого вида, способный сбивать с ног одной своей аурой.

— Здравствуйте! – мой малыш произносит приветствие так четко и спокойно, будто перед ним знакомый.

— Здравствуйте... – Я разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов.

Во рту пересыхает. За ребрами занавес.

— Мы уже здоровались.

Аристархов смотрит то на меня, то на мальчика. Взгляд нечитаемый. В жестах ни одной зацепки. Утес-великан.

«Ночевала тучка золотая на груди...» - вспоминается классика, и я тут же себя одергиваю.

— Не знала, что у вас тоже есть ребенок.

Даже не верится, что любопытная бухгалтерия фонда могла проморгать такой факт. Обычно они знают все обо всех, как КГБ.

— Нет. Я здесь не за ребенком.

Аристархов поворачивается к двери средней группы. И тут же к нему навстречу выбегает наша воспитательница.

— Глеб, ты уже пришел! – Елизавета Игоревна виснет на широких плечах Аристархова и, лишь заметив нас, стыдливо прячет ладони.

Сцена настолько мощно выбивает меня из колеи, что приходится буквально насильно брать себя в руки.

— Извините... – хриплю я как после удара под дых. – Роберт, пойдем. Не будем мешать.

Тяну сына к выходу. И от шока чуть не впечатываюсь в стену.

На улице думать получается лучше. Стараясь выкинуть из головы дурацкую встречу, я демонстративно медленно веду Роберта мимо машины Вадима. Устраиваю сына на детском сиденье. И прошу Петра отвезти нас в парк.

Это именно то, о чем я мечтала последний час. Но от прежней радости почему-то не осталось и следа. По ощущениям, она словно сжалась в упругий колючий комок и изнутри распирает грудную клетку.

* * *

Прогулка с сыном как всегда, приводит меня в чувства. Вместе с Петром и Робертом мы кушаем ароматное малиновое мороженое. Отпускаем в небо воздушные шарики. И скармливаем местным голубям хрустящий багет из ближайшей пекарни.

Петр смотрит на все это с улыбкой. И даже бегает за вторым багетом.

Вадим наблюдает с равнодушием и частенько отворачивается, словно не хочет быть свидетелем наших шалостей.

Как бы то ни было я благодарна обоим.