Онлайн книга «Бессонница»
|
Шесть утра. Семь... Голова раскалывалась. Подушка и одеяло валялись где-то на полу, а с книжной полки напротив тревожным взглядом на меня смотрела Света. Старое фото, уже и забыл про него, а все там же... Белые локоны сияли на солнце, в голубых глазах отражалось небо. Женщина, ради которой я готов был уйти следом в могилу. Любимая, после смерти которой не осталось ни планов, ни желаний. Ни одного! Сейчас я хотел кофе. Черный, как прошедшая ночь. Смешно, но факт – моя идеальная замечательная жена умела все, но так и не научилась его варить. Света любила то чай, то капучино, то какао, будто все еще искала свое. Я никогда не мог угадать, что сегодня любимое. Загадочная, как и все женщины. И только Жанна без колебаний всегда выбирала одно. Жанна любила эспрессо. Густой, без сахара. Пила его, жмурясь, как кошка. Никогда не портила молоком и не закусывала печеньем. А еще она любила меня. Жанна. Говорят, что человек привыкает ко всему. Не сразу, за двадцать один день, но старые привычки уходят в прошлое, а новые накрепко застревают в настоящем. Если это так, то впереди у меня было еще двадцать дней, чтобы снова научиться просыпаться одной. На первый взгляд, не такая уж сложная задача. Если после случая в ресторане Якобсон не потребует моего увольнения, то можно будет нагрузить себя работой, всерьез заняться реабилитацией Кости, и постепенно жизнь снова вернется в привычное русло. Передачи, торжественные показы, съемки и прочая канитель в режиме "нон-стоп" - моя собственная неоднократно проверенная методика восстановления. При особом везении через какое-то время наш роман с Русланом возможно даже покажется сном, и я смогу не оглядываться на соседнюю подушку и не тосковать по его руке на моем бедре. В это хотелось верить! От такого плана хоть и разило затяжной депрессией, но не выворачивало кишками наружу, как от сказочной альтернативы со счастливым финалом. "Никаких грез! Никаких надежд!" - это была совсем не та мантра, которая крутилась в моей голове еще вчера, но и сам вчерашний день казался бесконечно далеким. Между вечером и утром будто промелькнуло не восемь часов, а долгая холодная зима. Зима без поцелуев перед сном. Без врезающегося в меня горячего тела. Без сладкой, взявшейся неизвестно откуда уверенности, что наши чувства взаимны. В установке на текущий день я почти забыла даже о Вересове. По-хорошему нужно было связаться с Ильиным. Узнать, как прошел допрос, и упекут ли этого гада подальше от меня и моих близких. Наверняка какую-то информацию Павел мог сказать и по телефону. Только первым, кто вспоминался вместе с Ильиным, был далеко не Вересов, и я медлила. Меньше точек соприкосновения, меньше мыслей, меньше тоски. "Потом. Когда понадобятся показания, он сам со мной свяжется", - оправдание тянуло на "троечку". Костя точно отругал бы за такое и заставил звонить, но сил воевать с собой пока не было. * * * Лечение трудом, как началось с насыщенной утренней летучки, так и до вечера продолжилось успешно. Брошенная на произвол судьбы без верного защитника Кости, я выдержала визит в свой кабинет словоохотливого Мисюрова, разобрала половину скопившейся за последний месяц электронной почты и даже сдержала рвотный рефлекс от нового суперхита музыкального чарта. |