Книга Овертайм, страница 213 – Мария Коваленко

Дело пошло.

— Ох! Хорошо припекло. Даже боюсь спрашивать, о чем таком ты вспомнила.

— Правильно. Бойся, — она снова замахнулась, чувствуя, как удовольствие и освобождение растекаются приятным огнем по напряженным мышцам.

Намеки на бурную личную жизнь за океаном всплыли вторыми. Не забылось, как ни гнала от себя ревнивые мысли.

— Так сколько, говорил, любовниц у тебя было в Канаде? — Настя придирчиво осмотрела веник на предмет надежности.

— Да сколько бы ни было, разве важно? Любимая-то у меня одна.

— Не смей… — шлепки посыпались один за другим. Досталось и плечам, и ногам. Таранов весело охал, поражаясь, откуда у Насти взялось столько силы. — Не смей…

Чуть не падая от усталости, она отшвырнула от себя веник и рухнула на скамейку. Ни гигиена, ни собственная внешность больше не волновали. «Любимая у меня одна» — фраза, услышать которую и не надеялась, а он…

— Иногда, Андрей, лучше молчать.

Вымоталась. Волосы прилипли к лицу, щеки разрумянились, а волнующе вздымающаяся грудь чуть не заставила Андрея забыть все свои планы. Залюбовался. Немного безумная, растрепанная, дерзкая — и это все его женщина.

— Видела б ты сейчас себя…

— Это ты во всем виноват! — заметив удивленный взгляд, Настя поспешила оправдаться.

— Да нет. Мне как раз нравится. Так нравится, что сдержаться бы! — Таранов спрыгнул с полка. — Настя…

— Не говори ни слова!

— Я люблю тебя, — Андрей рывком заставил ее подняться на ноги и обнял.

Молчание. Казалось, она даже не дышит. Ни слова, ни взгляда. Все тело в напряжении.

— Давно надо было сказать, еще тогда, но… — тяжело вздохнул. — Не умею. Думал, все и так ясно, а когда ты не приехала… Проклятие! Не хотел бы я снова пережить подобное.

Сказанное доходило до сознания медленно. Слова терялись, мысли путались. Настя невидящим взглядом смотрела перед собой, сквозь него, и боялась поверить. Он любит? И любил тогда? Несмотря на все трудности: ее проблемы, ее страхи, ее возраст. Был рядом не из-за удобства и комфорта, а потому что любил.

— Это ничего не меняет. Осенью тебе придется вернуться, а я не смогу… — прошептала, зажмурив глаза, чтобы удержать слезы. Привычные опасения выстроились плотной стеной между желанной и привычной реальностью. Она попыталась спрятать лицо в ладонях, но Андрей не позволил. Удержал.

— Я никуда не поеду. Это решенный вопрос.

— Как?

— Так. Контракта больше нет. Расторг.

— Но ведь… — Настя попыталась вывернуться. Внутри все протестовало. Не верилось.

— Не получается у меня без тебя жить нормально, — провел большими пальцами по ее губам. Целовать не решился. Рано. — Пробовал. Не выходит.

— Андрей… А если и со мной не выйдет?

— У меня или у тебя не выйдет?

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю! — ладонями уперлась в мужскую грудь, толкнула.

— Ну, если у тебя не получится… — он крутанул ее вокруг оси и, спиной прижав к себе, на ухо прошептал, — разведешься. Хотя… Никуда я тебя не отпущу. Моя!

— Ты сумасшедший.

— А вот с этим тебе придется смириться, — и пока она не успела сказать еще какую-нибудь глупость, подхватил на руки и бережно уложил на полке. — Все, предлагаю перейти от теории к практике.

Роли сменились. Таранов поддал жару и взялся за веник. Медленно продвигаясь от ног к плечам, он принялся по-настоящему и основательно парить свою недоверчивую драгоценную женщину. Никто никуда не спешил. Веник ритмично поднимался и опускался на разгоряченную кожу, словно разгонял ненужные мысли и прежние страхи. Каждый взмах как вопрос, каждый удар как точка. Заботливо и настойчиво. Любя.