Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 27 – Кэти Райт

Не знаю почему, то ли от выпитого шампанского, то ли от сдававших нервов, я рассмеялась его глупой шутке.

Рука Фауста Руджери тем временем крепче сжала мою талию.

Д’А́нджело казался ещё большим хищником, чем мой будущий муж. Он то и дело сверкал хитрыми глазами, держась совершенно непринужденно.

Миссис Руджери… ужас…

— Хватит окучивать мою невесту, я начинаю ревновать. – в шутке Фауста было слышно предупреждение. – Приблизишься к ней, как только сам женишься.

— Я как кот – предпочитаю гулять в одиночестве. – Этторе Д’А́нджело театрально взмахнул рукой. – А кто эти прекрасные нимфы, спустившиеся к нам с Олимпа?

Он не дождался ответа, а вместо этого отправился к столу, где меня ждали девчонки.

— Прослежу за тем, чтобы на него не написали заявление за домогательство. – недовольно прорычал Акиле Скалетта, огибая Фауста.

Мы остались втроём, когда он представил мне блондина, чье имя мне уже называла Маддлена.

— Кармин Кавальере.

— Прошу простить нашим друзьям их манеры. – Кармин вежливо улыбнулся. – Мы так редко выходим с работы в свет, что, скоро начнём бросаться на людей.

Его шутка меня совсем не развеселила, а напугала.

Слова Кармина Кавальере напомнили мне о том, что это был за союз: самые опасные люди Италии собрались под одной крышей, чтобы поздравить нас со сделкой, которая заключалась не в переговорной, а в церкви.

Когда мы втроем вернулись к девочкам, Этторе Д’А́нджело уже во всю вешал лапшу на уши Элеттры и Ренаты. Последняя выглядела так, будто была готова вспороть ему глотку фужером.

— Католический университет Святого Сердца? Прекрасное место! – восхищался Д’А́нджело. – Знаю пару выпускниц, признаюсь, в них не было ничего святого!

От моего внимания не уклонилось и то, как друзья Фауста Руджери смотрели на моих подруг.

Интерес, немного похоти.

В случае с Этторе Д’А́нджело, похоти было куда больше, чем «немного», но страдала от этого лишь Рената.

— Ты очень похожа на кошку. – флиртовал он. – А я люблю кошек.

— Видимо, в прошлой жизни я была грешницей. Раз вынуждена так страдать сегодня, а ты был блохой. – ядовито улыбалась она.

Я впервые видела человека, который мог показаться ровней нашей мятежной Ренате Фальконе.

— Как вы познакомились? – включился в беседу Кармин, пряча левую ладонь в карман брюк. Кожу на ней разделал огромный белый шрам.

Поддавшись странному импульсу, я перевернула руку моего будущего мужа, которой он обнимал меня за талию и обнаружила такой же шрам.

Встретив мой изумленный взгляд, Фауст Руджери снисходительно улыбнулся. Так, как это делают, когда общаются с чужими детьми.

— У вас одинаковые шрамы. - прошептала я, пытаясь высмотреть ладони Этторе Д’А́нджело и Акиле Скалетта.

Фауст Руджери наклонился ко мне и его горячее дыхание со вкусом мятной жвачки опалило мою щёку.

— У них такие же. – подтвердил мою догадку он.

Я уже знала, что пожалею об этом, но всё же задала вопрос:

— Мафиозные клятвы на крови?

— Да. – голос моего будущего мужа прозвучал тише и глубже, и моя кожа покрылась мурашками от тревоги, что змеей проползла вдоль позвоночника.

— Все делают это, когда вступают в ряды мафии? – так же тихо спросила я, убедившись в том, что нас больше никто не слышал.

— Это пакт о перемирии. – Фауст Руджери тяжело вздохнул. – Мы пролили кровь друг друга и поклялись не нападать, чтобы этого не приходилось делать нашим людям.