Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 18 – Кэти Райт

Он был ничем не лучше отца. Не лучше ни одного мужчины, что, так или иначе, касался мафии или политики.

— Для меня это уважение. – я гордо задрала нос, борясь с желанием обхватить себя за плечи и спрятаться от пристального взгляда моего потенциального жениха.

— В таком случае, – Фауст помедлил, плохо скрывая ядовитую ухмылку. – я принял решение, мисс Калабрезе. Вы можете идти.

Мне не нужно было повторять дважды.

Развернувшись на каблуках, я уверенно зашагала к дверям, отсчитывая между каждым из шагов по пять секунд, чтобы не сорваться на бег.

Когда я покинула гостиную, то не успела выдохнуть. Отец схватил меня за плечи и прижал к стене, выбив весь воздух из груди.

Я в ужасе уставилась на него, но не смогла сказать ни слова.

Детский страх возобладал надо мной и язык будто прирос к нёбу, а глаза предательски защипало.

— Что ты ему сказала? – зло прошипел отец, вглядываясь в моё лицо. Я пыталась ответить хоть что-то. Правда, пыталась. Но кроме мычания не издала ни звука.

Тогда отец на мгновение оторвал меня от стены, но только для того, чтобы ударить об неё снова.

— Этот ублюдок шантажировал меня. Если ты ему не понравилась, моя карьера в парламенте полетит к чертям. Мне не видать должности в Сенате.

Я вновь попыталась сказать хоть что-то членораздельное, но всё моё существо сжалось до горевших огнём затылка и спины, после удара об стену.

— Что ты сделала? – прорычал отец, наконец, отступив на шаг назад. Я следила за тем, как он поднял руку. Замахнулся.

Вся жизнь пролетела в моей голове набором бессмысленных вспышек воспоминаний.

Отец звал меня своей гордостью. Принцессой. Только по прошествии двадцати лет я поняла, что не был королём. Он был драконом, который так боялся за своё золото, что был готов пустить принцессу в расход при одной только угрозе своим богатствам.

Удара не последовало.

Я распахнула глаза и увидела Фауста Руджери, что заслонял меня своим плечом.

— Мистер Калабрезе, вы так переживали за то, что я могу обидеть вашу дочь, потому что хотели сделать это самостоятельно?

Сердце провалилось куда-то в пятки, и я больше не ощущала его стука. Я в ужасе смотрела на возвышавшееся над моим подбородком плечо Руджери, на искаженное гневом лицо Сильвано, что замер, будто игрушка, из которой вытащили батарейки.

— Мистер Руджери, – растерянно заговорил отец, поспешно опустив руку. – при всём уважении, методы воспитания в моей семье вас не должны касаться.

Всё в один миг встало на свои места.

Сильвано Калабрезе терпел неуважение со стороны мальчишки, что годился ему в сыновья, потому что боялся.

Раз семья Руджери контролировала львиную долю конгломератов, обеспечивавших кибербезопасность, то, наверняка, у них было слишком много компромата на таких, как мой отец. Неверных, не самых чистых на руку, несдержанных и ещё очень много «не», которые его описывали.

— Я женюсь на вашей дочери, мистер Калабрезе. А я очень не люблю, когда чужие руки касаются моих вложений.

Помолвка была назначена через две недели.

Всё оказалось слишком просто: никто не хотел видеть в верхней палате парламента изменщика, который проводил всё своё время с девушками, едва ли старше его собственной дочери.

Отцу пришлось смириться с тем, что в этой игре ему пришлось играть по чужим правилам, но он не был готов оставить всё так просто.