Книга Жена офицера. Цена его чести, страница 20 – Чарли Ви

Калитка во двор скрипнула, я обернулась, во двор вошёл Артём, друг Архипа. Мы редко с ним виделись.

— Надя, здравствуй! Можно тебя на пару слов?

Сердце почему-то сжалось от дурного предчувствия, я кивнула.

Артём прошёл по двору ближе ко мне. Я продолжила развешивать бельё, делая вид, что занята, хотя каждый нерв был напряжён.

— Но если пришёл его защищать, то разговора не получится, – добавила я, поворачиваясь спиной и с силой встряхивая очередную влажную наволочку. Я уже догадывалась, что именно за этим он и приехал.

Странно было видеть Артёма, парня, который всегда вызывал уважение за правильные взгляды на жизнь и отношения, стоящим сейчас передо мной в попытке защитить друга.

— Надь, я понимаю, ты злишься, – начал он осторожно. – Но иногда хорошему человеку, который оступился...

Я резко обернулась, не давая ему договорить.

— Мне не нужны твои советы, Артём, – я резко его осадила. Да, он ничего плохого мне не сделал, но внутри меня, кроме злости, ничего не осталось. – Я сама знаю, как мне жить.

Он помолчал, и я слышала, как он переминается с ноги на ногу на снегу.

— Говорить всегда легко, – продолжал он не сдаваясь. – Но вы семья. У вас ребёнок. Разве это не стоит того, чтобы попытаться?

Я опустила руки и медленно повернулась к нему. В груди закипала давно знакомая, горькая обида.

— А ты сам-то? – тихо спросила я, глядя ему прямо в глаза. – Ты свою девушку, Веронику, простил? После её измены? Вы же поговорили, да? И всё наладилось? Я помню как ты умирал после её измены.

Я видела, как он в его глазах молнией полыхнула боль, но лицо оставалось непроницаемой маской.

— Это другое, – резко ответил он, отводя взгляд. – Мы даже не были женаты.

— Ага, другое, – я горько усмехнулась. – Конечно. Всё всегда «другое», когда дело не касается тебя лично. Говорить и советовать «попытаться» со стороны – это одно, Артём. А вот прожить это... простить, когда тебя предали, когда каждый раз при взгляде на человека тебя будет тошнить от воспоминаний... это совсем другое. Сказать «дайте шанс» легко. А вот на деле... не так-то просто. Разве нет?

Артём смотрел в землю, его плечи были напряжены. Он не нашёлся что ответить. Потому что я была права. Он сам носил в себе ту же самую рану, которую сейчас предлагал забыть мне.

— Я не защищаю его, – наконец выдохнул он, поднимая на меня взгляд. – Согласен, он поступил как последний мудак. Но я просто... я знаю, как он там сгорает. Ты не представляешь, что с ним творится. Он ночами не спит. На заданиях лезет в самое пекло, будто ищет смерти.

У меня от его слов мороз по коже прошёл, стало страшно за Архипа. На секунду я допустила мысль позвонить ему сейчас же и отругать, сказать, чтобы берег себя и не смел умирать. Но силой воли я погасила порыв. Наклонилась, взяла следующую вещь, встряхнула её.

— Мне всё равно, – холодно ответила я. – Он взрослый мужчина, а я ему не мать, чтобы мозги вправлять. Если не жалко себя и сына, то пусть творит что хочет. Одной ошибки мало.

— Надя, я не узнаю тебя, – одёрнул меня Архип.

— Все меняются. Я тоже изменилась.

— Я знаю, что тебе тоже тяжело... – он махнул рукой в мою сторону, – ...но ты ведь никогда не была жёсткой.

— А теперь стала. И ни под кого подстраиваться я не собираюсь. Не нравлюсь, не общайся. Так и передай Архипу. Ты ведь пойдёшь ему отчитываться о проведённой беседе.