Книга 8 секунд, страница 67 – Ася Федотова

— Ну, я созвонюсь. А у кого хоть. У Дэнчика что ли?

— Неа, у Грифа. Только это бывшая Дэна.

— Боже, как же так?

— Да, во так, мам. Под алкахой, сказал же. Дэн с ней расстался на тот момент, а она слегка расстроилась и вот... Короче, все так.

— Смотри, чтобы у тебя так не вышло. Рано еще.

— Не выйдет, — убедил маму. — Так, поможешь?

— Конечно, — вздохнула в ответ.

Отключившись я в растерянности потоптался на месте, но в итоге не выдержал и драпанул искать Стрельцову. Снова перегнул, смешал с дерьмом девчонку, которую безумно любил. Это горечь, обида, безответная тяга, голод, боль. Спустя столько времени, внутри все еще было живо, и Ника из моей памяти никуда не делась.

В актовый я так и не вернулся. Написал Кате про срочное дело. Да, подло. Но когда на кону Стрельцова, я ни о ком другом больше думать не могу.

Нагнал Нику уже во дворе главного корпуса.

— Подожди, — дернул девчонку за плечо.

— Убери руки, — та вырвалась и посмотрела на меня. Глаза полные слез. Покрасневший нос. Осунувшаяся. Уставшая. И такая родная девочка. Как же я раньше не замечал, насколько она вот такая... Как будто на грани. Не видел. И не хотел видеть. Любил, но эгоистично думал только о себе. — Ненавижу тебя. Ты ничего обо мне не знаешь. Ты и понятия не имеешь, почему все так. И самое страшное, Руслан, ты никогда не хотел понимать. Не стремился. Тебя обидели, бедного мальчика, и ты обиделся. Слепо поверил моим словам и даже разбираться не стал.

— Как будто это могло что-то поменять, — я подошел вплотную, сердце билось взбесившейся птицей. — И как было не поверить, а? Скажи мне, Ника! Как не верить, раз у тебя есть муж, черт тебя дери! Настоящий мужик проживает с тобой каждый день, спит с тобой, содержит тебя, трахает тебя! Как мне не верить, млять?

— И поэтому ты тоже решил себе найти девушку, чтобы спать с ней, жить с ней и трахать ее, да?

— По-твоему я целибат должен держать? Ради чего? Страдать по тебе и прожить оставшиеся годы монахом? Ты сказала, что я для тебя был лишь игрушкой, в то время, когда ты для меня была всем. Ты вообще своей головой понимаешь, что я пережил?

— Оставь меня, умоляю. Отвяжись! — закричала на весь двор.

— Ты первая начала! — заорал на нее в ответ.

Ника истерично засмеялась, а потом резко метнулась в сторону выхода, пока я пытался успокоить гул в сердце, невидящим взглядом провожая ее удаляющуюся спину. И даже не чувствовал, как по моим щекам медленно скользили к подбородку одинокие, соленые слезы.

На треню не пришел. Вырубил телефон, сел в тачку и гонял по улицам, не разбирая пути. Домой не хотел. Там только Стрельцова повсюду. Запах Кати я не чувствовал, только отголоски Никиной любимой туалетной воды. Ее фантом бродил по пустой квартире.

И зудящий вопрос — а если бы я боролся? Смог бы отбить? Смог бы добиться, чтобы эта девчонка стала только моей?

Остался в тачке. Врубил музло, сложил руки на руле и склонил на них голову.

Задремал и не заметил, как соседняя дверь приоткрылась.

— Чего сидишь? — тихо спросил Керимов.

Если он здесь, значит меня искали.

— Не хочу домой, — признался. — Там везде она. На каждой поверхности, в каждой комнате. Мне даже кажется, там до сих пор сохранился ее запах.

— Гонял?

— Как черт.

— Придурок.

— Знаю, — привалился головой назад, на подголовник, прикрывая глаза. — Я решил перевестись со следующего года. Отучусь и свалю в Питер или во Владивосток. Лишь бы подальше отсюда. Больше не вывожу. Все. Дело — труба, бро.