Книга Любовь на кафедре, страница 139 – Дженнифер Смит

Рис

ДЭН

Я приду с Джасмит. И мы ненадолго.

Дэн и Джасмит опаздывали. Рис вздохнул и опустил телефон экраном вниз. Дэн по-прежнему на него сердился, а может, испытывал разочарование, но они договорились встретиться и поболтать, поэтому Рис сидел в каком-то дорогущем винном баре в центре города и надеялся, что его студенты предпочтут заведение подешевле.

В выходные Рис слишком много выпил, но, к счастью, в меню оказалось безалкогольное пиво. Он не спал, не брился и все выходные бродил по своей унылой серой квартире, доставая из холодильника бутылку за бутылкой и вливая в себя. Звонил Дэн; звонила его мама; Элин прислала сообщение, но он никому не ответил. Ему хотелось говорить лишь с одним человеком в мире, но он не мог заставить себя позвонить или написать Лиле, боясь, что она не подойдет к телефону или проигнорирует его сообщения.

Рис думал даже приехать к ней домой, но понял, что это слишком. Вряд ли ей это понравится. И он не поехал.

Несчастное выражение ее лица, когда он назвал ее «мисс Картрайт» и сказал, что в его кабинете она «нежелательная персона», отпечаталось на его сетчатке, и он видел его, всякий раз закрывая глаза. Он обвинил ее в том, что из-за нее провалил собеседование, а ведь это была неправда. Он провалил его по своей вине. И больше ничьей. Но дело было не только в этом, а также в его попытках заступиться за нее перед Сью и Джейсоном. Да, он хотел как лучше, но именно так повел бы себя Джейсон, и Лила просила Риса так не делать. А он не послушал. Он действовал вопреки ее желаниям, потому что думал, что знает, как лучше.

Он разрушил их отношения и не знал, как все исправить.

Влетела Джасмит, как легкий порыв ветра, перебросила пальто через спинку неудобного высокого табурета и шмякнула сумку об стол.

— Мы ненадолго, — с ходу объявила она. Дэн шел за ней. — Будь моя воля, я бы вообще не приходила.

Он это заслужил.

— Спасибо, Джасмит. Дэн. — Он кивнул. — Пить будете?

— Белого вина. — Джасмит взобралась на табурет.

— Пива, — пробормотал Дэн и сел рядом с ней.

— Ну так что? — спросила Джасмит, приподняв брови. — Что можешь сказать в свое оправдание? Я несколько дней пытаюсь удержать Лилу от падения в черную бездну депрессии и ненависти к себе! И все из-за тебя.

Черт. Он провел рукой по лицу. Боже, как он устал.

— Ты хоть понимаешь, что ты наделал? — продолжала она. — Понимаешь, что под блестками и радугами скрывается хрупкая душа, которую ты растоптал, хотя обещал этого не делать?

Она откинулась на спинку и с каменным лицом принялась дожидаться ответа.

— Как она? В порядке?

— В порядке? Нет, блин, Рис, она не в порядке! — прошипела Джасмит. — Мало того что ты наговорил ей гадостей, ты еще и распоряжался ее жизнью! Не поверил, что она сможет решить свои проблемы самостоятельно, и за ее спиной угрожал Сью увольнением и разговаривал с доктором Козлиной! Она просила тебя этого не делать, а ты все равно сделал. Ты обошелся с ней как с жалким ребенком, который не в состоянии сам о себе позаботиться! Повел себя так, будто она не авторитет, пренебрег ее желаниями, проигнорировал ее право распоряжаться своей жизнью, а потом еще назвал ее нежелательной! Молодец, Рис!

— Прости, я…

— Ах, теперь он просит прощения, — фыркнула Джасмит.

— Джас, — вмешался Дэн, — дай ему сказать.