Книга Законная добыча, страница 78 – Саша Кей

Просто это выглядело бы очень неправдоподобно.

Потому что вряд ли кого-то из жертв так носят на руках, как невесту.

И ведь опять наплевал на рану.

Наверное, чтобы эта фифа в медицинской робе, которая ей мала, над ним дольше стояла.

Вспоминаю, что теперь я не обязана пялиться в стену. Теперь у меня есть телефон и даже с доступом в интернет. Лезу в соцсети, чтобы отписаться старосте, что я приболела. Если что мама со справкой поможет, я думаю.

«Я всё решу. Последствий не будет».

А Света ещё говорила, что Сафаров не бандит.

Неожиданно для себя обнаруживаю, что вбиваю в поисковик «Сафаров Амир Шамшидинович». Сначала идут какие-то ссылки на сайты реестров и акционерных обществ, хотя я ожидаю увидеть номера исполнительных производств. А потом попадаются статьи из светской хроники. Амира там немного, и везде он не один. Чуть более ранние фотографии с одной брюнеткой, более поздние — с другой. Самая последняя сделана за неделю до приезда Сафарова в город. Непохоже, чтобы её он заставлял «терпеть», девушка смотрит на него голодными глазами, даже неприлично так открыто пожирать взглядом мужчину на публике.

Вот и держала бы Амира при себе. На своей груди четвёртого размера.

Отшвыриваю телефон и иду умыться в ванную, потому что лицо горит.

Поленившись включить свет, решаю обойтись светом из спальни, но моя неповоротливость играет со мной дрянную вещь.

На одну ногу мне наступать больно из-за растяжения, а вторую я отсидела. Я чуть заваливаюсь в сторону и задеваю висящий халат, он падает на меня. Я сдёргиваю его в раздражении, но пояс каким-то непостижимым образом оказывается у меня на шее.

В секунду меня бросает в панику.

Я снова там на поляне на дальнем кордоне.

Удавка снова затягивается вокруг моей шеи.

Даже не сразу понимаю, что я кричу. Не слышу себя. Мне кажется, из горла вырывается только сип, и когда меня хватают за плечи, вытаскивая на свет, я стараюсь прибавить громкость.

— Тихо, тихо… Ань…

— Я могу помочь, — незнакомый женский голос немного приводит меня в себя, я перестаю драть горло. — Это припадок…

— Вон!

— Мы ещё не закончили…

— Вон!

Не отдавая себе отчёта в том, что делаю, я цепляюсь за шею Амира, рыдая так, как не плакала тогда, когда всё произошло.

И вроде бы уже понимаю, что всё закончилось, а остановиться не могу. И прямо сейчас мне наплевать, что Амир видит мою слабость, всё равно, что он обо мне подумает. Я не хочу никому и ничего доказывать. Я устала бояться, спасаться, зализывать раны, отодвигать эмоции на задний план.

Я просто хочу почувствовать себя живой.

Не вспоминать кошмарные моменты, не оглядываться в страхе.

Жить хочу!

И это осознание скоротечности жизни, которая в любой момент может оборваться по чужой злой воле, да что там воле, глупому стечению обстоятельств, подталкивает меня не к самым разумным и уж точно к совсем нелогичным поступкам.

Я потом пожалею обязательно.

И казнить себя буду тоже потом.

В этот момент весь мир сужается до объятий Сафарова. В них не только безопасно, там, в этом кольце рук мне позволяется всё. Только вот Амир держит меня не так крепко, как умеет.

А мне нужно.

Нужно, чтобы его кожа обжигала мою, чтобы косточки трещали в тесной хватке, чтобы сладко ныло внизу живота, чтобы пальцы ощущали жёсткость волос, бугрящиеся мускулы…