Книга Адвокатская этика, страница 49 – Лирика Альтер

— Добрый вечер, Лиза. Проходите.

Я впился в неё цепким взглядом, и ей стало не по себе. Начала отворачиваться, прятать глаза. М-да… слабенькая ты ещё. Не сдюжишь.

— Как ваши дела?

Она села напротив меня, поёжилась несмотря на то, что в кабинете было тепло.

— Нормально, — пыталась храбриться.

— Это хорошо.

Придвинулся, положил локти на стол, опять смотрел на неё, не моргая.

— Я виделся с Дмитрием, сообщил о вашем решении развестись. После нашего разговора он как-то обозначился? Пытался с ваши пообщаться?

— Писал сообщения, — осипшим голосом сказала она.

— Какого содержания?

Лиза подняла на меня глаза и посмотрела с укором.

— Я это спрашиваю не из-за любопытства, мне нужно определить характер этого сообщения.

— Просто спросил, так ли это? — промямлила неуверенно Антипова.

— Что вы ответили?

— Подтвердила.

— Какая последовала реакция?

Она облизала пересохшие губы, взгляд метался. Я подозрительно сощурился.

— Он… он…

Поплыла девчонка… Я узнал этот взгляд; тон голоса, которым она говорила, тоже был до жути знаком.

Молчал. Выжидал. Давал время обдумать ответ. Лиза снова нервно сглотнула, а от былой решимости не осталось и следа.

— Ничего, — прозвенела ложь в его голосе. — Он ничего не ответил.

Отстранилась, скрестила руки, сжалась — закрылась от меня полностью, будто я враг.

Я тяжело выдохнул, постучал пальцами по заветной серой папке у меня на столе.

Поразился, как глубоко Ольга заглянула в эту проблему, предвидя или предчувствуя, что рано или поздно придётся открывать Елизавете глаза, вырывать из иллюзии, в которую она уже погрузилась, хваталась, как за спасательный круг, надеясь на неимоверную на глупость.

Она надеялась, что всё изменится…

Это читалось в её позе, в её побелевших пальцах, сжимающих рукава свитера. Я сделал вид, что смягчился. Поднялся с кресла и, подцепив папку, обошёл стол и сел рядом с Лизой.

— Я хочу вам кое-что показать, — сказал спокойно и открыл папку. Разложил на столе станицы копии уголовного дела, а поверх них — шокирующие фотографии Ольги после нападения.

Лиза побледнела, затаила дыхание, будто вовсе перестала дышать. Панический взгляд был прикован к чёрно-белым листам, она бы отвернулась, но не могла. Окаменела, затаилась, втянула голову в плечи и тихонечко застонала:

— Мамочки, что это? — отпрянула. — Кто это?

— Это первая жена вашего мужа — Ольга Ярцева. Она ведь не посвящала вас в подробности своей трагедии?

Лиза что-то невнятное пискнула, а потом суматошно покрутила головой.

— Вы знаете только, что Антипов напал на Ольгу, дальше она утаила от вас подробности —

берегла. Уложить такое в голове сложно, но это необходимо. Это химические ожоги, — ткнул пальцем на фото, — оставленные Дмитрием. Кислота разъела кожу и мышцы. Он метил в лицо, но

Ольге чудом удалось увернуться.

Лиза оторвала взгляд от фотографий, уставилась в стену. Я считывал: она всеми силами отказывалась принимать действительность, отказывалась верить.

— В лицо… — тихо повторил я с напором. — Женщине…

Её ресницы дрогнули, она задержала дыхание на судорожном вдохе, будто боялась закричать или заплакать.

— В лицо.

Слезинка блеснула на бледной скуле и скатилась к подбородку, губы бедняжки затряслись.

— Нет… — застонала она. — Нет, не верю. Не верю!

Мотала головой, как одержимая, отгоняла от себя правду.