Книга Адвокатская этика, страница 37 – Лирика Альтер

— Что? — скривился он. — Развод? Какой ещё на хрен развод?

Пошли эмоции, но я оставался спокойным, как удав.

— Я обязан вас уведомить, что любая попытка давления на мою клиентку, либо угроза в её адрес будет расцениваться как принуждение, а, соответственно, суд не оставит это без внимания.

— Что ты несёшь? — оскалился Антипов.

Я же хладнокровно продолжил:

— Также у вас есть право нанять адвоката для вашей защиты и ведения дел.

— Никакой адвокат мне не нужен! И Лизе он тоже не нужен! Мы сами во всём разберёмся!

— Если бы Елизавете Андреевне не нужен был адвокат, она бы ко мне не обратилась. Вот мои контакты, — передал я ему свою визитку. — По всем вопросам — через меня. В противном случае, я буду вынужден принять меры.

— Засунь себе эту визитку знаешь куда? — Антипов пылил всё сильнее, демонстративно смял карточку с моими контактными данными и выбросил в урну.

Он не ожидал такого. Лиза не стала заранее сообщать мужу о намерении развестись.

Это меня успокоило. Если клиент прислушивается к моим советам, с ним проще работать. И это уже гарантия успеха.

Но я просил Лизу не говорить мужу о разводе ещё по одной причине: ради её же безопасности.

Что он сделал с Ольгой, когда та сообщила ему о разводе и выгнала из дома?

Никому не хочется, чтобы Лизу постигла та же участь.

Интересное наблюдение: Антипов не задавался вопросом, почему Лиза хочет расторгнуть брак, что не так? Он либо все ещё находился в шоке, либо был абсолютно вменяем и понимал причины такого желания, просто понадеялся, что молоденькая жена слишком слаба и труслива, чтобы пойти на этот шаг.

— Никакого развода Лиза не получит! — огрызался Антипов. — Я люблю жену и не отпущу её.

Так сильно любил, что избивал, душил? Странные у него понятия о таком светлом чувстве.

Дмитрий багровел на глазах, я же смотрел на него с невозмутимым видом.

— Она с тобой спит, да? — бросил он мне в лицо.

Вот это уже агония. Антипов перешёл все границы.

— Нет, нас связывают исключительно деловые отношения.

— Гонишь, вонючий адвокатишка! У неё денег нет ни хрена, как тогда она оплачивает твои услуги?

А? Трахаешь её, так и признайся!

Я ещё раз поднял глаза к потолку. Заострив внимание на камере, тихо, без лишних эмоций сказал:

— Продолжай.

— Чего?

— Ну же, Антипов, продолжай дальше поливать грязью меня и мою клиентку, — посмотрел на мерзавца в упор. — Ещё пара подобных высказываний, и ты наговоришь на статью. Я тут же подам иск о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Он тут же замолк.

— Камеры пишут звук? — бросил взгляд на потолок и тут же перевёл на Антипова. — Чего побледнел? Значит, пишут. Я сделаю официальный запрос об изъятии записи в качестве доказательств.

Выражаясь языком Антипова, я брал его на понт. Блефовал, но имбецил повёлся.

Моё оружие — слово. Им я могу нанести удар и пресечь любого зарвавшегося подонка.

Но в отношении Антипова этого мало. Как вспышки перед глазами замелькали кадры из уголовного дела: фотографии Ольги, медицинское заключение.

Передо мной стояло животное, которому посчастливилось родиться человеком и обрести права, которые я не мог нарушать. Не имел права. Пальцы сами сжались в кулаки, вены вздулись на шее, я повторял про себя слова: «Успокойся. Немедленно успокойся».

Глубоко вздохнул, поборол себя, хоть это было непросто.