Книга Плохие парни оставляют раны, страница 20 – Айнави

Надо что - то делать... для начала решаю покопаться в сумке. Радует, что нахожу в ней мобильник, обычно я таскаю его в карманах. Вот только зарядки осталось меньше двадцати процентов. Достаю кошелёк, пересчитываю наличность - не густо: сто семьдесят четыре рубля, а стипендия только после каникул. Да и та, даром, что повышенная - шестьсот с копейками, на неё при всём желании месяц самостоятельно не проживёшь.

Нужно связаться с Верой. Единственный взрослый человек, которого я могу назвать по - настоящему близким. Уверена, она не станет впадать в панику, обвинять меня в чём - либо или устраивать допрос. Она просто постарается помочь. Не успеваю набрать её номер, телефон звонит и на дисплее высвечивается: Папа. Скидываю, не раздумывая. Он звонит вновь, ещё раз и ещё... я заношу его номер в чёрный список дрожащими пальцами. Перед глазами проносится наша ссора, я как будто наяву вижу его лицо, искаженное злобой. И всё моё напускное спокойствие пропадает, хочется свернуться где - нибудь в клубочек в тёмном углу и вылезти из него только тогда, когда всё вновь станет хорошо.

Звоню Вере. Равнодушно - механический голос сообщает: «Абонент не отвечает, или временно не доступен». Некоторое время я просто смотрю на телефон, как будто от этого что - то изменится. Не сразу, но вспоминаю, Вера же говорила, что сразу после возвращения в Питер собирается лететь на конференцию в Лондон. Прикидываю в уме даты. Судя по всему, вылет у неё именно сегодня. Пишу ей сообщение с просьбой перезвонить, как только сможет.

Подумав, набираю ещё один номер. Сама не знаю, чего ждать от предстоящего разговора, но ведь это почти инстинкт, искать защиты у той, что родила тебя.

— Мам, привет.

— Привет, - без особой радости в голосе отвечает она. - Что - то случилось?

— Случилось, - тихо отвечаю я. Конечно, случилось, иначе бы я к ней не обратилась.

— Рассказывай, - вздохнув, произносит она. - Только быстро, я занята.

Уже после этой фразы желание разговаривать с ней пропадает. Мы созваниваемся пару раз в год, дежурно поздравляя друг друга с днём рождения и Новым годом. Неужели, нельзя уделить мне несколько минут своего драгоценного времени? Но, продолжая надеяться на сочувствие, на то, что она выслушает и поможет хотя бы советом, я рассказываю ей о ссоре с отцом. Слышу как на фоне раздаются чьи - то голоса, мать явно отвлекается пару раз, отвечая не мне, а тому, кто рядом с ней. Я замолкаю.

— Чего ты хочешь от меня? - устало спрашивает она.

— Не знаю... помощи.

— Что я могу сделать, находясь в другом городе? Ещё и с больным ребёнком на руках? - говорит с откровенным раздражением в голосе.

— С Владиком что - то случилось? - беспокоюсь я. Пусть я видела брата только однажды на фотографиях, привезённых Верой, но он маленький ребёнок, и на него у меня нет обиды или злости.

— Простыл, - мать делает кому - то замечание, вернувшись к разговору со мной, произносит: - Поля, не дури. Алексей, конечно, не подарок, но бить женщин не в его правилах. Уверена, если он тебя ударил, значит ты заслужила. Вернись домой, попроси прощения и...

— Пока, мам, - отключаюсь. Зарядки на телефоне осталось всего ничего и тратить её на бессмысленный разговор не стоит. Зря я, вообще, ей позвонила. Давно пора привыкнуть к тому, что матери у меня нет.