Книга Плохие парни оставляют раны, страница 16 – Айнави

— Отпусти меня.

— Полин...

— Никита Владимирович, я тут чью - то сумку нашла и бюстгальтер... ой, извините, - громкий женский голос заставляет нас обоих вздрогнуть от неожиданности.

Резко оборачиваюсь к выходу из комнаты. В дверном проёме стоит невысокая пухлая женщина, одетая в тёмно - серый халат поверх синих джинсов и ярко - розовой водолазки. В одной руке она держит мою сумку, а во второй чей - то чёрный кружевной лифчик.

— Простите, - начинает извиняться домработница, а, скорее всего, это именно она, - не знала, что вы тут не один, - обращается она к Нику. - Я позже зайду, - женщина начинает пяться назад.

— Подождите, - пользуясь моментом, я соскакиваю со стула. - Это моя сумка.

Забираю свою вещь, и домработница тут же исчезает в коридоре. Сразу начинаю рыться в сумке, лишь бы не смотреть на Ника. Достаю мобильник.

— Чёрт! Чёрт! - повторяю я.

— Что случилось? - спрашивает Ник, обеспокоенно глядя на меня.

— Отец звонил, - поясняю я.

— И? - он явно не понимает причину моего беспокойства.

— Шесть пропущенных за последний час, - есть от чего запаниковать. Если отец начал названивать раз за разом, значит злится. Что могло случиться? Он же должен быть на работе. Может узнал о моей четвёрке по философии? Впрочем, неважно. Судя по всему, достанется мне от него сегодня по полной. Поднимаю взгляд на Ника, который хмуро наблюдает за мной: - Отвези меня домой, пожалуйста.

*****

Я набираю отцу уже из машины. Он сразу берёт трубку, спрашивает:

— Где ты? - его голос звучит с ледяным спокойствием. Лучше бы орал. Отец всегда говорит тихо и спокойно в тех случаях, когда по - настоящему зол.

— Еду домой, - стараюсь сделать голос максимально расслабленным. Ощущаю себя каким - то сапёром на минном поле, всё ещё не теряя надежды на то, что удастся его успокоить.

— С кем? - продолжает допрос он.

— Меня Маринин двоюродный брат решил подвезти, - думаю, не стоит врать в мелочах. - Он как раз к ней утром заехал в гости, - вообще, не стоило бы ему врать. Но он бы точно не отпустил меня на вечеринку, а теперь уже поздно «пить Боржоми». - Что случилось? - стараюсь перехватить инициативу в разговоре. - Почему ты звонил?

— Дома поговорим, - отец отключается.

Складывающаяся ситуация нравится мне всё меньше и меньше. Что же произошло? Очередной звонок не позволяет всё как следует обдумать. Смотрю на дисплей: Маринка.

— Поль! - голос подруги звучит как никогда взволнованно. - Твой отец час назад приезжал, и... - слышу её всхлип, - ты прости, что сразу не позвонила, мама дома была, она мне такое за вчерашнее устроила. И, в общем, я ещё спала, а Димка ему рассказал, что мы были на вечеринке, и что ты там и осталась. Тебе влетит, да?

— Влетит, да... - машинально повторяю за Маринкой. Из трубки слышится очередной всхлип: - Нет, то есть нет, - начинаю торопливо успокаивать её. - Мариш, ну узнал и узнал. Ничего страшного, правда. Сейчас приеду и всё ему объясню, он поймёт, - сама не верю в то, что говорю. Но подруга вроде успокаивается. Мы прощаемся.

— Отец тебя бьёт? - голос Ника выводит из ступора.

— Что? Нет! - поспешно отвечаю я. Неужели я выгляжу настолько испуганной, что ему в голову пришла подобная глупость? Хотя... иногда мне кажется, что лучше бы бил, чем пытался задавить психологически. - Просто с ним бывает очень тяжело. Он любит командовать, всё контролировать, любит, чтобы всё было именно так, как он считает нужным.