Книга Пока это не было любовью, страница 74 – Татьяна Романская

— Я даже боюсь представить, что же ты узнала! — сказала я, отпив немного вина и закатив глаза.

— Это развод, дорогая. Громкий развод. Очень известные люди.

Она очень хотела поделиться со мной этой новостью. Она всегда стремилась поделиться со мной чем-то важным. Мой отец уже давно не проявлял интереса к этой теме, но мама все еще верила, что мне небезразлично ее ремесло. А я не думала об этом, особенно сегодня.

Моя мать не стала причиной разрыва отношений между Гордеем и мной — ему не нравилось не лично она, а то, что она снимала и обсуждала в своих передачах. И даже если бы я была честна с ним, как планировала, Гордей, скорее всего, простил бы меня. Так не должно было произойти.

Моя статья забьет последний гвоздь в крышку гроба для наших отношений, но я не должна зацикливаться на этом. То, что у нас было, было построено на скрытности и лжи, и рано или поздно это закончилось бы. Мои чувства к Гордею слишком сильные и яркие, чтобы длиться вечно. Я просто потушила угли, не дожидаясь, пока они догорят сами собой.

Все хорошо. Я справлюсь. Даже если сейчас мне так не кажется.

Я сделала еще один глоток вина.

— Ты в порядке, дорогая? Ты выглядишь немного… уставшей.

Я вздохнула и выдвинула стул из-под стола. Мы уже много лет не обсуждали мою точку зрения на ее работу. Мы не сходились во взглядах, поэтому какой смысл был говорить об этом? Однако я хочу сделать еще одну попытку понять, почему она выбрала такой путь.

— Тебя никогда не беспокоило, что ты пишешь такие вещи о людях, даже если знаешь, что это может причинить им боль? — спросила я.

— Причинит боль? — повторила она. — Не драматизируй. Если я пишу о разводе известных людей, об этом все равно все узнали бы. Просто я расскажу об этом первой. Как я всегда тебе говорила, это цена славы — личная жизнь у всех на виду.

В это есть доля правды.

— А что, если ты узнаешь о чьей-то измене? Бывает же такое, что жена или муж не знают об этом. Не знают о неверности партнера до того момента, пока ты не заговорила.

— Инга, у меня очень надежные источники. Я не распространяю беспочвенные домыслы. Часто ко мне сами приходят знаменитости и просят написать о них. Так им проще признаться.

— Но ты не можешь быть уверена на сто процентов.

Я подумала о фотографиях Гордея и Татьяны и о настоящей причине того, почему они встречались. Они оба, должно быть, были так огорчены, что столкнулись с предательством Егора. Канал моей матери выставил двух друзей непорядочными людьми, хотя это было совсем не так.

— Дорогая, мы все совершаем ошибки. Я всегда стремлюсь тщательно проверять информацию, используя несколько источников. Однако, даже с этим на каждую историю, которую я придаю огласке, приходится в среднем три, которые я оставляю без внимания.

Я поставила свой бокал на стол и переспросила:

— О чем ты говоришь? Зачем тебе отказываться от работы?

— По вполне очевидным причинам.

— Ты не уверена в том, что это правда?

— Нет, я никогда не начинаю писать, если я не уверена. Но иногда я знаю правду, но понимаю, что об этом не нужно знать всем подряд. Я всегда стараюсь поступать по совести.

Я почувствовала комок в горле и спросила:

— Но разве это не наша работа — раскрывать правду? Мы не должны приукрашивать.

— Инга, не существует единственно правильного подхода. Ты должна сама решать, как поступить. Правда — это не универсальный ключ ко всему. Мы все люди, и мы пишем о людях. Важно учитывать не только общественные интересы, но и то, как информация повлияет на людей. Ты должна решить, действительно ли то, о чем ты пишешь, нужно знать всем.