Книга Мой неуловимый миллиардер, страница 9 – Татьяна Романская

Я выхожу из машины и бросаюсь открывать дверь Лере. Она берет меня за руку с милой улыбкой на лице. Ее глаза расширяются, когда она поднимает голову и замечает чистое небо.

— Ух ты!

Я ухмыляюсь и смотрю вверх, мы вдвоем прислоняемся к капоту.

— Здесь городские огни не так сильно засвечивают звезды.

Она кивает и поворачивается ко мне. В ее глазах так много тайн, что я смог бы, наверное, разглядывать их часами.

— Лер, я должен кое-что сказать. Я… возможно, я ввел тебя в заблуждение.

Сергей

— Ты ввел меня в заблуждение? — спрашивает она. Я вижу замешательство в ее взгляде и прикусываю губу.

Я киваю и провожу рукой по волосам, беспокоясь, что подвожу ее.

— На самом деле Меркурий нельзя увидеть ночью. Поскольку он находится близко к солнцу, его можно увидеть только утром, в сумерках или сразу после восхода.

Лера вздыхает и качает головой, с ее губ срывается смешок.

— Ах ты! Еще немного, и я буду называть тебя не Фомой, а Иудой. Как ты собираешься загладить свою вину? Я, знаешь ли, ложь так легко не прощаю.

Я ухмыляюсь, радуясь, что она не сердится.

— Полагаю, это хорошо, что у меня впереди есть вся наша жизнь, чтобы заслужить твое прощение, да, жена?

Она качает головой и грозит пальцем.

— Звучит как дешевая отговорка или попытка потянуть время. Я на это не куплюсь.

Я улыбаюсь и обхватываю пальцами ее запястье, притягивая ближе. Она удивлена, и ее глаза слегка расширяются, когда я подношу ее руку к своему лицу, прижимаясь поцелуем к ладони. Ее резкий вдох заставляет мое сердце биться чуть громче. Я снова чувствую себя подростком.

Я не могу оторвать от нее глаз. Она миниатюрная, хрупкая, просто потрясающая. Я обвожу взглядом ее длинные ресницы, маленький прямой носик и губы… ее губы. Полные, идеальные для поцелуев. Я хочу узнать, какова она на вкус, но, черт возьми, почему-то не хочу портить с ней отношения. Перед тем, как мы поехали сюда, я пообещал себе, что они не выйдут за рамки сегодняшнего вечера, но мысль о том, чтобы уйти от нее, уже вызывает у меня сожаление.

— Я вспомнила, что хотела спросить, — едва слышно шепчет она. — Какой у тебя знак зодиака?

Я усмехаюсь, ничуть не удивленный вопросом.

— Скорпион.

— Фу, — говорит она. — Ревнивый и мелочный собственник. Но я Лев, так что мы удивительно совместимы.

Я ухмыляюсь и прикусываю губу, наслаждаясь тем, как это приковывает ее взгляд к моему рту.

— А еще скорпионы верные, страстные и решительные. Мы всегда получаем то, чего хотим, ценим любовь и никогда не отпускаем ее, — я могу не верить в зодиаки, но знаю основы.

Лера кладет руки мне на грудь, нерешительно, как будто хочет поднять их вверх, но не может.

— И чего же ты хочешь?

Мои глаза опускаются к ее губам, и я тяжело сглатываю.

— Я хочу поцеловать тебя.

— Тогда поцелуй меня, дорогой муж.

Я наклоняюсь и накрываю ее губы своими. По телу расходятся яркие искры желания.

Лера стонет, ее руки находят путь к моей шее, и я поднимаю ее над землей. Ее ноги инстинктивно обхватывают мои бедра, и я не сомневаюсь, что она чувствует, как сильно мне нравится, прямо через джинсы.

Я прижимаю ее к себе, удерживая ладонями под ягодицы, пока ее язык касается моего. То, как она прижимается ко мне, говорит о взаимности нашего влечения.

Лера на мгновение отстраняется, ее лоб упирается в мой, и мы оба переводим дыхание, потерявшись в моменте.