Книга Мой неуловимый миллиардер, страница 114 – Татьяна Романская

Фома, наверное, хотел, чтобы я немного сдержалась, но у меня не получается.

Хорошо.

Мое сердце переполняется счастьем, когда я закрываю ноутбук, убедившись, что Коля вышел из сети.

— Ты не сдержалась, да? — спрашивает Фома.

— Не могу дождаться, когда увижу их снова!

Он смеется, а я прижимаюсь к подушке, представляя себя в его объятиях.

— Я люблю тебя, Лера. Ты и так самая лучшая мать для моих детей, но я все равно не могу дождаться, когда у меня появится дочь с твоими глазами и улыбкой. Уверен, она будет прекрасной.

Я прикусила губу, на мгновение потеряв дар речи.

— Это будет нелегко, — шепчу я. — Возможно, у нас никогда не получится с ребенком.

Фома вздыхает.

— Любимая, до встречи с тобой я даже не верил в судьбу, но как теперь может быть иначе? Я встретил тебя два года назад и никогда не забывал. Не прошло и нескольких дней после моего возвращения в страну, как ты появилась передо мной. Это было неизбежно. Мы с тобой созданы друг для друга, ты сама знаешь. Я уверен, что у нас будет общий ребенок. Я уже вижу ее, когда закрываю глаза.

Я тяжело сглатываю, эмоции берут верх.

— Я так сильно люблю тебя, Фома. Я так беспокоюсь обо всем. Дети, мои родители, моя учеба… все.

— Не стоит, дорогая. Мы сегодня общались с твоей сестрой, и завтра я собираюсь встретиться с твоими родителями.

— Что?

— Я понимаю, что будет нелегко, детка, и да, сейчас мне кажется, что все счастье, за которое мы так упорно боролись, обернулось против нас. Но вот в чем дело… У всех отношений есть взлеты и падения, как и у жизни. То, с чем столкнулись мы, разрушило бы большинство пар, но не нас. Все сложности нас только объединили. Я никогда не чувствовал себя более уверенным в чем-либо в жизни. Ты нужна мне. Возможно, я не тот человек, которого хотели бы видеть твои родители, но я проведу остаток своей жизни, доказывая, что никто и никогда не сможет любить тебя так, как я. Клянусь тебе, Лера. Ты никогда не пожалеешь, что решила быть со мной. Я позабочусь об этом.

Горячие слезы текут по моему лицу, и я крепко сжимаю телефон. Фома прав. Даже преодолевая все эти испытания и невзгоды мое сердце оставалось спокойным. Фома тот, кто мне нужен — теперь нам осталось лишь заставить мир принять это.

Сергей

Арина вваливается в гостиную с таким же взволнованным видом, как и я.

— Ты готов? — спрашивает она.

Я качаю головой.

— Нет. Я в ужасе.

Отец с Маргаритой входят с подарками в руках, и мои ладони становятся липкими. Я вытираю их о брюки и поправляю галстук. Мы не можем все испортить. Кажется, я еще никогда так не нервничал.

— Что происходит? — спрашивает Лена.

Я поворачиваюсь к детям, не зная, что сказать. Я знаю, что Коля и Лера снова разговаривают, но я не уверен насчет Лены. Но времени откладывать все уже не осталось. На мгновение задумавшись, я решаю сказать правду.

— Я иду к Лере домой, чтобы спросить у ее родителей, может ли она официально присоединиться к нашей семье, — говорю я.

Глаза Лены расширяются.

— Если они скажут «да», Лера вернется домой?

Я поправляю галстук, беспокоясь о том, как Лена отреагирует, если я скажу конкретнее. От меня не ускользнуло, что она использовала слово «дом», как и Коля. Они уже считают свой дом домом Леры, даже если между ними все не так, как раньше.