Книга Укрощение генерального, страница 16 – Татьяна Романская

— Как, по-вашему, изменится численность команды, когда мы объединимся с «Юнилекс»? - спрашивает Паша.

В зале раздается общий вздох. Вопрос на миллион долларов - сохраним ли мы свои рабочие места?

— Некоторым отделам потребуется реструктуризация, - отвечает Денис, переходя прямо к делу.

Он ставит ногу на одну из ступенек подиума и упирается локтем в колено. Даже в своем костюме он больше похож на бойца спецназа, чем на директора.

— Могут быть некоторые кадровые изменения или даже увольнения. Я могу заверить вас, что, если это произойдет, вы будете справедливо вознаграждены за время, проведенное в «МедиаТех». Мы начнем с добровольного увольнения.

Все вокруг напрягаются. Некоторые из нас потеряют работу. По залу разносится ропот.

— Подумайте хорошенько о том, чем вы хотите заниматься, - продолжает он, не обращая внимания на напряжение в зале. - «Юнилекс» - это высокооплачиваемая, но конкурентная среда. Мы набираем только самых талантливых сотрудников. Если вы не готовы выкладываться на сто процентов, это место вам не подходит. Кроме того, мы приостановим аренду этого здания и переведем компанию в главный офис «Юнилекс». Это неподалеку, так что время в пути останется прежним, хотя, надеюсь, новые офисы покажутся вам немного более, - он делает паузу, подыскивая подходящее слово, - комфортными.

По залу прокатывается волна восторга, когда мы обсуждаем возможность покинуть наш унылый офис.

— На сегодня все, - говорит он, сообщая нам, что наше время истекло. Большинство из нас быстро покидают зал, в то время как некоторые задерживаются. Задерживающуюся группу можно разделить на две категории: тех, кто хочет воспользоваться возможностью попрактиковаться в своих навыках соблазнения, и тех, кто хочет произвести впечатление на нового босса. Петр Иванович, стоя рядом с трибуной, гордо выпячивает грудь, демонстрируя уверенность в себе.

— Есть вопросы? - кричит он, но все игнорируют его.

Денис Соколов смотрит на нас с Пашей, приподнимая брови. Я киваю в ответ и выбегаю из комнаты, проталкиваясь сквозь толпу.

— И что? - спрашивает Паша, когда мы возвращаемся за свои столы. - Что случилось?

Я сажусь на свой стул.

— Восемь лет назад, на тусовке, которую устраивал Никита, Денис... Я всегда посещаю тусовки Никиты, так что, конечно, я там была. Я мало общалась с ним на тех мероприятиях, так как ему в то время было явно не до своей малолетней сестры.

— И что? - Паша поощряет меня продолжать.

— Я была пьяна на вечеринке, что в те времена не было чем-то необычным. И, скажем так, это дало мне ложное ощущение уверенности в себе. Я неправильно истолковала сигналы Дениса Соколова, забралась к нему на колени и начала трогать его неподобающим образом. Но он оттолкнул меня.

— Да ты что? - восклицает Паша. - Это великолепно! Ты сделала мой день! Ты фактически совершила сексуальное насилие над новым генеральным.

— Рада, что хоть кто-то рад этому, - отвечаю я, скрещивая руки на груди. - Я была так смущена, что с тех пор почти не разговаривала с ним.

Я чувствую себя неловко и подумываю о том, чтобы уволиться и начать все сначала где-нибудь в другом месте. Я не хочу видеть его в офисе в течение следующих нескольких месяцев. Паша смотрит на Дениса, который все еще находится в переговорке, разговаривая с Петром Ивановичем. Петр Иванович взволнованно разводит руками.