Онлайн книга «Ведьмы.Ру 3»
|
— А мама при чём здесь? — Сейчас поймёшь. Замуж я вышла по любви. Иное для ведьмы не то, чтобы невозможно, но весьма и весьма тяжко вынести. Муж мой тоже был довольно честолюбив. И вполне разделял мои устремления. У нас была идеальная семья. А дети сделали её ещё более идеальной. Мне казалось, что я уже в шаге от победы, что ещё немного… — И тебя коронуют? — Не совсем верно. Император один. Как и Императрица. Но в Совете каждое слово имеет свой вес. И мне хотелось, чтобы… — Твои слова были самыми весомыми? — Да. — И… при чём тут… всё вот это? — При том, что я забылась. Старшие дочери вполне соответствовали моим ожиданиям. Умные. Красивые. Сильные. Они словно подтверждали, что я всё делаю правильно, что я могу быть примером для остальных. Смешно, но в то время я действительно не понимала, как возможно иное. Дети плохо учатся? Надо больше заниматься с ними. Часто болеют? Закалять. Не хватает чего-то? Работать старательней. Мне казалось, что если у меня так всё хорошо, то и остальные могут. Я ведь не делаю ничего особенного. — А потом родилась мама? — Женька. Сперва родился Женька. И это не сказать, чтобы редкость. Мальчики у нас тоже появляются на свет и немало, раз посёлок наш не вымер. Пусть они не наследуют ведьмин дар в полной мере, но берут от матери силу, и здоровье, и часто — красоту. Очарование опять же… Красивым дядя Женя не казался. Хотя сила в нём имелась, вон как саркофаг Игорька поднял, одной рукой. А очарование? Или тут надо плотнее пообщаться, чтобы оценить. — Женька же взял именно ведьмовскую силу. И это… это не то, чтобы плохо… — Но нехорошо? — Именно. Ведьмаки беспокойные. Силе тесно в мужском теле. Вот она и толкает их на… разные глупости. Или не глупости… в прежние времена они хотя бы с нежитью воевали. А теперь? С кем теперь воевать? Вот он и начал колобродить, считай, с юных лет. То в одно вляпается, то в другое. И учиться не желал. И меня не слушал. Тогда, пожалуй, мой идеальный мир впервые дал трещину. Хотя я быстро нашла объяснение. — Какое? — Твоя матушка. Она ведь болела. Я всё внимание уделяла ей, вот Женька и отбился от рук. Я чувствовала свою вину. И чувствуя, пыталась решить проблему по-своему. — Это как? — Мне казалось, что если я буду всецело его контролировать, то мы переживём это неудобное время. Я и принялась следить за каждым его шагом. Требовать. Давить. Порой и шантажировать своим здоровьем или тем, что изгоню… Бабушка тяжко вздохнула и, поймав длинный тонкий стебелек, на котором покачивался тяжёлый колос, сорвала его. — Это лунный лисохвост, — сказала она. — Возьми. Коль высушить и растереть, а потом смешать с болотною водой, то зелье сокрытия выйдет. Тот, кто его выпьет, где бы ни прошёл, следов не оставит. Никаких. — Какое-то… криминальное зелье. — Ты вон Феденьке предложи. Оценит. Тогда мне казалось, что я смогу. Удержать. Исправить. Что нужно просто пережить этот неудобный момент взросления, и сила уляжется. Только с каждым годом становилось всё хуже. Мне бы дозволить ему на службу пойти. Но… — Ты не дозволила? — Боялась. Слишком уж Женька был неспокойным. Он и у нас-то вечно во что-то вляпывался. Теперь-то я понимаю, что большей частью из-за моего контроля. Я лишила его свободы и ждала, что он примет это со смирением, забыв, что наша сила сама по себе не терпит принуждения. Конечно, это было исключительно для его же блага… ну а служба… тут я действительно испугалась. Они ж со всяким дело имеют. И как знать, как бы это «всякое» на Женьке б отразилось. Ведьмак, как и некромант, по краю ходит. Не было у меня веры, что он на этом краю удержится. Скорее я верила, что без меня он точно не удержится. И тогда… кем бы он стал? И как бы это на семье отозвалось. Да и политика опять же… |