Онлайн книга «Ведьмы.Ру 3»
|
А ведь умирающего изображал. Сердце у него ноет. В боку тянет. Ноги не ходят. Руки не носят. И вообще здоровья не осталось родине служить. Мол, на пенсию заслуженную отпустите, помереть спокойно, на свежем воздухе средь огурцов и укропа. Только ныне вид у Связиста был весьма от умирающего далёк. Напротив, загорел. Постройнел. Воздух целебный? Или укроп к нужным местам прикладывал? Главное, в камеру смотрел строго и спокойно: — Беззаконие! Что тут ещё думать! Явились. Решили, что раз тут два пенсионера и девчонка, то всё им можно⁈ И кулаком потряс. А старушка закивала и, вытирая глаза платочком, заявила: — А между прочим, мы никаких предписаний о выселении не получали. — Нам сказали, что земля эта продана, — перебил её Связист. — Но как её можно продать, когда владельцы против⁈ Нет. Нас собираются выкинуть из домов, разрушить их и потом уже сунуть в зубы типа компенсацию! — Согласен, что мы имеем дело с прямым рейдерским захватом… — Только шиш им! — Связист сунул в камеру кукиш. — С маслом! — Деревенским, — поддакнула старушка, как-то хитро блеснув глазом. — Потому как сказано, что кто к нам с мечом придёт, тому и гаубицей в зубы незазорно… — Это образно говоря! — поспешил поправить парень. — Пётр Савельевич, мы же договаривались… — Хрена с два, образно. В лесу стоит, или думаешь, я вышку для твоих интернетов ставил? Нет, мне на спутник наводочка нужна. А там, по спутнику, если с умом подойти, то спозиционироваться, как два пальца… Фёдор Фёдорович сделал вдох, пытаясь сдержать рвущийся наружу крик, когда в окошко постучали. Вежливо так. — Да? — Фёдор Фёдорович дверь открыл. — Доброго дня… Антонина… — Можно без отчества, — отмахнулась женщина. — А за тобой и не угнаться. Я-то туда, а мне говорят, что нет тебя, поехал на встречу. Аты вот, тут… тоже забавляешься? — Да какие забавы, — Фёдор Фёдорович захлопнул артефактный ноут. — Тут у них вон забавы, а мне разгребай. Устал, сил нет. Вот была же чёткая договорённость. И мы не против вашего присутствия, напротив, всегда рады сотрудничеству. И понимаем, что к вам не применимы ни правила, ни обычные наши рамки, но вот местами… понимаете, всё-таки даже с необычными перебарщиваете. — Так, не специально получилось, — женщина передвинула на живот полотняную торбу, расшитую цветочками, и достала из неё склянку. — Нате вот. Выпейте. Поможет. Вам бы, к слову, поспать денек-другой. — Посплю. Потом… — На том свете? — Надеюсь, что на нынешнем. Зелье чуть горчило. Но головная боль ушла сразу, да и по телу прокатилась волна бодрости, заставив затрясти головой. — И закуси, — из той же сумки Антонина вытащила пакет с пирожками. — Ешь, ешь, а то вон, голова одна и осталась. А мозгам оно тоже не помешает… — Спасибо. Вокруг было странно пусто. И в целом ощущение такое… неправильности. Вот дорога, да только словно размытая, и чем дальше вглядываешься, тем более она размыта. Машина его. Вроде два шага отступил, а она почти и исчезла. — Назад хоть вернёте? — поинтересовался Фёдор Фёдорович. — А то. Кто ж в здравом уме тронет государева человека? Но я скорее о другом… место это вскоре переменится. И сильно. А потому надо бы как-то огородить. Хоть ленточку повесить какую. — От стройки? Это проблему решим. — Нет… в целом так… на время… скажем, санитарную зону выделить. Для начала. |