Книга Ведьмы.Ру, страница 128 – Екатерина Насута

Женщина кивнула и поинтересовалась:

— Злишься?

— Раньше — да. Прям до пелены кровавой перед глазами, — Филин решил не врать. — И на бывшую, и на матушку её. На девку эту, которая сдала. На ментов продажных и прочих. Потом как-то поостыл, что ли. Понял, что сам дурак, если так-то…

— А хочешь, прокляну?

— Серьёзно?

— А то… я ж ведьма. Могу. Вот, скажем, не до смерти. Нашлю на бывшую почесуху. Или чтоб облысела, красоту свою утратила. И пока не вернёт украденное, будет страховидлою. Или вот на ту девку.

— Да ну, — Филин головой затряс. — Не надо. Не хватало ещё, чтоб я с бабами воевал.

— А если не с бабами?

Чего прицепилась-то?

— Скажем, ведь есть те, кто надавил на свидетельницу. Или подкупил. Кто помог убрать записи. Им отомстить не хочешь?

— Не хочу.

— Почему?

Да как объяснить-то? Филин и сам не очень понимает.

— Да… понял, что толку-то. Ну отомщу. И чего? Опять сяду. Или за тяжкие телесные, или вовсе. Даже если не сяду, то смысл в этой мести? Что, продажных полицаев меньше станет? Или вот таких от дур? Или хоть чего-то поменяется? Ничего и ни для кого, кроме меня. Я только остаток жизни просру. Хотя я и без того, похоже.

— С жизнью я бы не торопилась.

— Да я и не тороплюсь… слушайте, а если так-то… вечер выполнения желаний. Можно мне как-то удочку сообразить?

— Удочку? — женщина определённо удивилась.

— Да… место тут хорошее, тихое, — Филин аж зажмурился. — Самое оно для рыбалки. Рыбу, может, и не поймаю, но вот совсем без удочки как-то оно недушевно, что ли?

— Недушевно… — повторила она странным голосом. — А так-то душевно?

— Так-то… да… только это… вы б и вправду… наняли б там кого для охраны. Магик ваш, уж извините, впечатления не производит. Не потянет он против реальных бойцов, если доберутся.

— Это если доберутся. А так-то… — тёплая рука легла на лоб. — С удочкой я Женька попрошу. Он тоже вроде одно дело рыбалкой увлекался.

— А чего бросил?

— Водяной попросил больше не пущать. Мол, слишком уж старается. У него ж на нежить рефлекс, а у нас, что ни озеро, так без неё никак. Нормальные люди рыбу, значит, ловят, а Женька топляков. Оно бы и ладно, если б как прадед его, поймал, постращал да выпустил. А у Женьки по молодости терпения не доставало. Сразу упокаивал. А это сильно экологию подрывало.

Вот тут и пойми, шутит или нет.

Хотя…

Филин опустил взгляд на копыта. Не шутит.

— Но тут вроде топляков нет, так что, глядишь, и сговоритесь.

Женщина встала.

— Ты тут долго не сиди…

— Слушайте, — Филин тоже встал, потому как болтовня болтовнёй и про ведьм он знает не так и много, но проводить её до дому надобно. Вроде в округе и тихо, ну да мало ли. — А Профессор и вправду… ну, что сказал? Его внатуре нарочно оборотили?

— Без натуры. Моя четвероюродная внучатая племянница. У самой сил немного. Она у нас библиотекарем работала. А дочка вот поступать уехала. И поступила. Училась. Хорошая девочка, но связалась не с тем человеком.

Это да. Сунься такое от чудо к его, Филина, дочке, он бы ему без зелий объяснил, что так дела не делаются. Сперва одной бабе мозг канифолил, потом другую переосмысливать взялся.

— Она матушке позвонила… вся расстроенная очень. А та вот и решила вмешаться. Так-то мы стараемся к людям не лезть. Есть на то и правила, и законы, но… случай-то такой… она и поехала, дочке помогать. Сперва чары лёгкие, приворотные, такие, чтоб огонь погасший в сердце разжечь. Надеялась, что поможет. Оно-то раз-другой и потом вот… а нет, в том сердце уже другая обжилась. Фёдор Степанович вовсе грозиться стал разводом. И что дочку он отберет. Мол, связи у него. знакомства. Это он зря.