Онлайн книга «Ведьмин рассвет»
|
И правильно. Всецело поддерживаю. — А тут… вот… потом тоже разбирательство долго тянулось. Он обязан был фон замерять, колебания… да и я сам тоже… но я списывал все на мощный слой, культурный, высокую энергоемкость… тем более тварь эта пряталась. Они хорошо скрываться умеют. Знаю. Теперь на личном опыте. — Вот по итогу мне орден и всучили. Заодно уж пришлось подписать кое-какие бумаги… Я поглядела на княжича искоса. — Особому отделу всякие люди нужны. Если… тебя это смущает. — Нисколько. Правду сказала. Хотя понимаю. К Особому отделу и отношение в обществе, мягко говоря, неоднозначное. Опасаются их, чего уж там говорить. Крепко опасаются. И слухи… Про исчезнувших в застенках граждан, которые однажды неосторожно высказались. Про эксперименты над людьми, надо полагать, теми, исчезнувшими и высказавшимися неосторожно. Про эксперименты не над людьми. И в общем… Неоднозначное. Наши их тоже не любят. Честно говоря, даже сложно сказать, почему. Не по причине слухов, точно… не потому ли, что и внутренними расследованиями отдел порой занимается? А еще имеет обыкновение просто появляться и забирать дела, без особых объяснений? — Дед посоветовал не распространяться в обществе… там не поймут. И брат сказал так же. Одно дело орден, это… достойно. И можно записать в заслуги рода. А вот связаться себя со службой в столь специфической конторе. — А другое дело… — Именно. Тут, скажем так, память родовая сказывается. В свое время Особый отдел сделал многое для укрепления власти Императора. И сама понимаешь, далеко не все этому обрадовались… Потому что, если где-то власти прибыло, то где-то её и убыло. — Да и сейчас порой приходится заниматься делами, которые многие полагают… личными. Семейными даже. Вроде тех книг в серебре? Даже думать не хочу, что станет с тем, кто эти книги взял да и отдал студентке Яне Ласточкиной для написания реферата. — Поэтому я пойму, если вдруг ты сочтешь… что продолжать общение со мной… тебе теперь неприятно. — С чего бы? Княжич пожал плечами. — Мало ли… Мало ли. Много ли. — А зачем им историк? – я решаю сменить тему. — Я консультирую… так уж вышло, что талант у меня все же обнаружился, - Лют, кажется, выдохнул и с облегчением. Неужели и вправду полагал, что я гордо прикажу остановиться и выйду из машины, чтобы не терпеть рядом с собой такого… какого? Отложившего свои дела по-за сомнительной поездки на край мира? Ладно, в соседнюю область. Но эта поездка ему лично не нужна. А дела у него наверняка есть. И… И вообще. — И какой? — Выяснилось, что я неплохо слышу старые артефакты. Более того, умею находить с ними общий язык. Я еще в университете работы писал по исторической артефакторике. Период, правда, брал узкий… но читал много. Интересная тема, на самом-то деле. С нею мне и помогли… книги там, рукописи… еще вот… Особый отдел – сложная структура. И я работаю в той его части, которая опасным наследием занимается. Скажем так. Не свечами на бабкином чердаке, но… чем-то посерьезней. Посложнее… Да и со свечами тут, как выяснилось, многое наворотить можно. Что уж говорить о том, что посерьезней. И выходит, что моим делом… то есть, делом Розалии, они заняться должны? — На самом деле такие вот штуки – редкость несказанная. Так что нам повезло… не повезло тогда. Просто не повезло. |