Онлайн книга «Ведьмина ночь»
|
Или еще как. — Но он меня не сумел оставить. Захаживал все, даже после женитьбы, заглядывал… свадьбу его весело праздновали, весь город гулял. Отпустить отпустила, а вот обида осталась. — Но видать, не так хороша была молодая княгиня, если он дорогу к дому моему не забыл. И подарки свои все таскал, да я не брала. На кой мне узорочье? Или шелка? Кому их в лесу-то показывать. А вот дочка к нему тянулась. И он к ней… с рук не спускал, красавицей называл своею. Хотел в палаты забрать, да я не позволила. Тяжко ей там будет. Да и сила в ней не только его, но и моя тоже. А этим его, чернорясым, она не по нраву. И крестить не дозволила… Вдох. И выдох. — Помоги, — просьба шепотом. — Лечь… в тот день мне уйти надо было. Лес звал… беда там приключилась. Сушь пришла, а от неё и до пожаров рукой подать. Я позвала… помощников. Они Ясеньку мою тетешкали, пока я воду заговаривала… ушла на ночь, вернулась утром уже. Ночь такая, что иной не надобно, самое оно, силу тянуть да мир править… Ведьмина. О ней речь. — А вернулась в пустой дом. И пахнет в нем ладаном, крепко, едко… тех, кто оставлен был, никого не осталось. И дочки моей… Она сама ложится на лавку, руки вытягивая. — Я… кинулась. К его дому… остановить пытались… но я вошла. Силу-то по-всякому пользовать можно… вошла… к нему… говорить… просила вернуть дочь. А он отказался. Сказал, что… нужна она ему. Что княжеской крови, что… силой немалою обладает… и что сила эта послужить должна во укрепление державы. Идиот. Что тут скажешь. — И что будь я хорошей матерью, сама бы отдала. Что ей лучше в палатах княжеских, чем в хижине лесной… …в которую их добрый папенька выставил. Вот… Злость разбирает. Прямо до костей. — И что, коль люблю я дочь, то о ней думать должна бы. Я… разозлилась, да так, что сила моя едва ль не сорвалась… он и почуял, верно. Иначе заговорил. Ласково… предложил мне тоже в палаты вернуться. Поселиться в них, пусть и не женою, но хозяйкою, ибо жена его новая молода чересчур. Ей пятнадцатый годок пошел только… и помощь ей надобна. Что я могу-то и её держать, и дочь воспитать должным образом. И всем-то хорошо будет. Повинился… сказал, что не прав был, дочку забирая. Он умел очаровывать, полозов внук… Она покачала головой и веки смежила. — Кубок мне поднес… я и выпила… и уснула. А очнулась уже… тут очнулась, в доме своем. Лежу и шелохнуться не могу. А там, за стеною, голоса. Поют, выводят слова чужие… и ложится эта, дурная инаковая сила, оковами… а еще понимаю, что и он там, за стеною. Близок… но не дотянешься. Убить побоялся… проклятья посмертного… а тут… Живьем похоронил. Замечательная альтернатива. — Чернорясых позвал. А они принесли что-то… что-то такое, что меня придавило. Он же кровью своею землю запер… да позабыл, однако, кто я… и что ходил он со мной в рощу заповедную. Кровь лил. И кровью делился. Кровью и связал воедино. Решил, что раз он веру отринул, то и клятвы с нею… а не бывает так. Не бывает. Клятвы остаются… я… Она с трудом сделала вдох. — Я дотянулась… до земли… до воды… до тех, кто был свидетелем слова его… справедливости хотела. Чтобы участь… как клялся когда-то… на двоих. Разделить. Радость… так и горе… В общем, сам княжич виноват. Лег в могилу. Живьем, как полагаю. Хотя… — А город? — уточнила я. — И город ты… убрала? |