Книга Измена. Добейтесь меня заново, страница 28 – Tommy Glub, Элизабет Кроу

— Всё очень вкусно, любимая, — похоже, по привычке отзывается Сева и удивлённо замирает. — Как и всегда, — добавляет вдруг и опускает взгляд.

Смотрю на него укоризненно и продолжаю жевать мясо, сделав вид, что не обратила на это внимания.

— Да, мам! — быстро говорит Лина. — Очень вкусно, огро-омное спасибо, — дочка культурно вытирает рот салфеткой. — Можно я пойду в комнату? — спрашивает почти сразу.

— На здоровье, родная, — улыбаюсь, — иди, конечно.

— Спасибо, я тоже пойду, — вторит сестре Костя и вылезает из-за стола.

— Хорошо, но не забудь выпить сироп! — кричу сыну вдогонку.

— Ла-адно! — отзывается он уже в дверях комнаты.

Мы остаёмся одни. Я очень надеюсь, что Сева не начнёт о чём-то говорить и, поникнув, запихиваю в себя то, что осталось в тарелке.

— Виол, — зовёт он через несколько минут, а у меня от его голоса аж руки трясутся. Хватка слабеет, и вилка со звоном падает на пол. Я молча наклоняюсь, чтобы поднять её, а муж уже сам присаживается и ловко берёт столовый прибор в руки. — Я помою, — сообщает, когда встречает мой взгляд, и быстро добирается к раковине. Даже немного напрягает его обязательность и такая обходительность. Она кажется наигранной, а мне совсем не нравится то, как он со мной себя ведёт. Словно ничего сверхъестественного не произошло. Словно он всё ещё имеет право называть меня любимой.

Отворачиваюсь к окну и дожидаюсь, когда он вернётся. Отстаивать сейчас свои личные права мне не хочется и кажется глупым. Бежать первой за вилкой — для меня из ряда вон выходящее.

— Держи, — вернувшись, он подаёт мне чистый столовый прибор и садится на место.

— Спасибо, — благодарю запоздало и тихо.

— Всегда пожалуйста, — сияет так, будто я позволила ему себя поцеловать. — Виол, давай поговорим, обсудим… Ситуацию.

— Какую, Сев? — вскидываю голову. До этого хотелось съесть ещё закусочку в виде рулетика из баклажана с сырной начинкой, но теперь к еде пропал всякий интерес. А я её не пробовала и хотела узнать — получилось ли мне приготовить её так же, как в ресторане.

— Ви, — его обращение с каждым разом режет мне слух, — я понимаю, что тебе очень больно… Но ты тоже пойми, мне не легче. Я совершил ошибку, которую невозможно простить… И не знаю, как её исправить. Наверное, никак… Время не повернуть обратно. Дай мне хотя бы возможность попросить прощения.

— Проси, — бросаю грубо и задерживаю взгляд на мужском лице. Сева рвано вздыхает и вновь осматривает меня с ног до головы. — Ну? Чего молчишь? — получается совсем уж ядовито и яростно. Именно так я чувствую себя внутри.

Скорее всего, от такого давления почти бывший муж и слова не скажет. Его гордость, эго — уязвлены и растоптаны. Усмехаюсь собственной догадке. Но как же удивляюсь, когда Всеволод всё же произносит:

— Я очень люблю тебя и детей, Виолетта. И очень рад, что ты позволила мне с ними общаться… Моим поступкам нет оправданий. И я не смогу исправить своих ошибок, — вот это обязательно вечно повторять, интересно? — Но я всё равно искренне прошу у тебя прощения за то, что причинил столько боли.

— Всё? — несмотря на то, что Сева явно переступает через себя, продолжаю язвить. Знаю, что он ничего мне не сделает, даже если я выведу его из себя. Теперь точно не сделает. — Ты знал, что я для тебя всё сделаю. Похудею, рожу, снова похудею, приготовлю завтрак, обед, ужин, вечером надену новенький комплект белья и буду с нетерпением тебя дожидаться… Мне интересно, что же такого сделала Марина, что смогла меня затмить? — меня явно несёт, но остановиться уже не могу.