Книга Твой Никто, страница 61 – Галина Кор

— Не знаю, что у него в голове, странной он… был. И что теперь?

— Ничего. Растем, — провожу рукой по животу.

— И сколько уже?

— Двадцать две недели.

— Я не понимаю все эти недели… месяцев сколько?

— Пять.

— Пиздец… И что будешь делать?

— Здрасьте, Маша, что за вопросы? Буду ходить как слониха восемнадцать месяцев! Рожать, конечно.

— Как-то это все так неожиданно, что я немного подохуела. А что родители твои говорят по поводу этого, — указывает рукой на моего кроху.

— Папа выставил, а мама дала денег на съем жилья. На этом их родительская опека и интерес к моей персоне сошли на нет.

— Капец… Я в шоке…

— Маш, там чайник кипит. Пошли пить чай.

Пока мы ели бутерброды запивая чаем, Маша то и дело задавала разного рода вопросы. Как я, что я… А я что? Все у меня нормально. Жилье есть, работа есть, по учебе пока все успеваю, никаких токсикозов нет, патологий нет, анализы отличные, развивается ребенок согласно нормам…

Что мне еще надо?

Чтобы Ник был рядом. Почему он меня не отпускает? Словно канатом привязал… Ни на секунду его не забываю. Днем, он в сердце, а ночью — во снах. Такой ласковый, нежный, красивый… целует так чувственно и шепчет признания в любви. Но! Стоит мне только открыть глаза, как реальность жестоко ставит меня на место, тыкая носом в пустоту.

Я перестала улыбаться… Ник украл мою улыбку, увез с собой… впрочем, как и мое сердце. В одиночестве часто веду беседы сама с собой, спрашиваю, как так получилось, что всего за несколько недель общения с человеком, успела прожить целую жизнь. А теперь начала новую, только без него…

Дискотека гудит. Сегодня четырнадцатое февраля. Молодежь празднует. Им весело.

Лавирую между танцующими и снующими людьми. Подхожу к барной стойке и оставляю пустые стаканы.

— Ася, — слышу за спиной голос Марины Федоровны, — пошли в мой кабинет, поговорить надо.

Оставляю поднос и следую за ней.

Закрывающаяся дверь кабинета отсекает нас от мира музыки, беснующейся толпы, криков и смеха. Она садится за стол и внимательно на меня смотрит.

— Ася, ты беременна? — Тс… цокаю, и кривлюсь.

— Маша сказала?

— Нет. Маша здесь ни при чем. Я сама догадалась. Я-то уже тетка взрослая, мне о много говорить и не надо, и так все понимаю. У самой дети есть. Все просто, ты, когда двигаешься среди толпы, на подсознательном уровне, прикрываешь рукой свой живот, будто всегда на чеку, готовая защитить… ребенка. — Молчу и слушаю. Ведь не просто так она меня позвала. — У меня нет никакого личного интереса к твоей жизни… пойми, это просто работа… и твоя безопасность. Я так поминаю, что срок у тебя приличный. Эти бесформенные наряды ты таскаешь уже с месяц точно, значит живот растет. Я не могу так рисковать. Выпускать тебя в зал, где полно пьяных, не всегда адекватных людей, значит нарываться на неприятность, а они и так сами нас находят. Чего стоит вчерашняя драка в фойе…

— Вы меня увольняете? — только радовалась, что есть работа… Хм, сглазила.

— Нет. Я не могу тебя уволить, по закону… А сама, я так понимаю, ты не собираешься увольняться?

— Не планировала, если честно, — жаловаться, унижаться, рассказывая, как мне нужна работа, не буду. Не мое это…

— Иди пока на кухню, будешь им помогать. Поменяю тебя с Улей.

— У нее зарплата меньше.

— Оставлю я тебе твой оклад. Без чаевых… но лучше, а главное, безопасней, чем в зале. И заканчивают они раньше. Все, иди. Позови ко мне повариху.