Книга Жертва по призванию, страница 91 – Галина Кор

— Нашли. Они подтвердили.

— Так почему я еще здесь?

— Поверь, — наконец-то он поднимает на меня свои мутные рыбьи глаза, — тебе лучше здесь побыть, чем там… с разъяренными родственниками.

Открываю рот и закрываю. Вот теперь я чувствую себя рыбой. А о них-то я и не подумала. Между нами с Вадимом стоял Игорь, а теперь… что? А Елизавета Владимировна? Она тоже прибежит ко мне, со своим ножиком?

— Понятно, — отвечаю шепотом, опуская глаза.

— Сейчас конвоир отведет тебя к следователю, у него к тебе еще пару вопросов…

— Я все рассказала, — пожимаю плечами.

— Значит повторишь, иди, — взмах руки, и я свободна. Только не на волю.

Поднимаюсь и выхожу. Конвоир подхватывает меня под руку и, не говоря ни слова, снова ведёт по бесконечным серым коридорам. Только теперь — в другое крыло. От звуков его тяжёлых шагов по полу у меня закладывает уши, а моё собственное дыхание кажется слишком громким.

В голове — пустота, словно всё вокруг утратило чёткость и погрузилось в плотный туман. Я пытаюсь собрать обрывки мыслей воедино, но ничего не выходит. Всё это выглядит настолько нереальным, что больше похоже на страшный сон, из которого, к сожалению, я никак не могу проснуться.

И снова кабинет следователя. Мне это место уже знакомо. Я была здесь, когда меня только привезли в участок. Тогда он задавал мне всё те же вопросы, что и в квартире. Наверное, рассчитывал, что я по дороге передумаю, испугаюсь и признаюсь. Но вот к концу подходят вторые сутки, и я снова здесь, напротив него.

— Присаживайся, — кивает он на стул.

Я молча подхожу и сажусь, стараясь подавить накатившую волну усталости и раздражения.

— Ну что, Яна? Как дела? — спрашивает он, откинувшись на спинку своего старого скрипучего кресла.

Мой взгляд явно красноречив: ни о каких «делах» речи быть не может.

— Ну что ты смотришь на меня волком? Думаешь, мне нравится держать тебя тут? Вот отпущу я тебя, а ты в бега… А я уже старый, чтобы гоняться за преступниками.

— Я не преступница, — резко и уверенно отвечаю.

— Да-да… — протягивает он с видом явного скептика. — Расскажи мне знаешь что? Лифт. Вспомни, ты выскочила из квартиры и… лифт. Почему ты побежала по ступенькам.

— Лифт был занят, кто-то вызвал его. И пока я спускалась, он начал подниматься.

— На ваш этаж поднялся?

— Не знаю, — хмурюсь и пожимаю плечами, — Игорь крикнул сверху мое имя, и я кинулась бежать еще быстрее. А потом и Павел кинулся меня догонять. Он окликнул меня уже на улице. Между нами метров сто было…

— Угу… — что-то записывает на листке. — Понятно.

Дверь в кабинет открывается без стука.

— Петрович, — говорит громко и эмоционально забежавший.

— Игнатов, тебя стучать учили?

— Так это… срочно, — протягивает флешку, держа её двумя пальцами.

— Что там у тебя? — следователь вытягивает руку и забирает флешку. Вставляет её в системный блок и долго щёлкает мышкой, открывая файл.

Они сосредоточенно смотрят на экран, не говоря ни слова. Молчание настолько затянулось, что мне кажется, они даже не моргают.

— Откуда? — наконец спрашивает следователь, не отрывая глаз от монитора.

— Чувак один принес. Он ездил в командировку, а видеорегистратор писал… Ему рассказали соседи о случившемся… Глянул, а там вот...

— Иди Павлова, иди… посиди еще, подумай… — вдруг бросает следователь, словно вспомнив про меня. Он явно не хочет, чтобы я услышала эту информацию.