Книга Жертва по призванию, страница 74 – Галина Кор

— И не лень же им было выходить на улицу в такое время? — ворчу я, словно старая бабка, хотя сама понимаю, что в этом есть своя доля очарования.

— Садись, — тихо, но уверенно говорит Игорь, беря меня за запястье и осторожно подтягивая к себе, усаживая на колени.

Я сажусь к нему на колени, чувствуя себя совершенно некомфортно. Спина выпрямлена, как натянутая струна, каждая мышца напряжена, словно я готова сорваться и убежать в любую секунду. А он... будто не замечает. Или, может, специально делает вид, что не замечает, стараясь сломить это напряжение своим спокойствием.

— Знаешь, а я им завидую, — выдает странное признание.

Я удивленно поворачиваю голову в его сторону. Завидует? Кому? Тем двоим под фонарем, бросающимся снегом, словно дети? Они, наверное, и есть дети, если сравнивать с его возрастом. Но это признание звучит неожиданно.

— Завидуешь? — переспрашиваю, не скрывая скепсиса.

— Умению так радоваться простым вещам, — уточняет он, всё так же глядя куда-то вдаль, за окно. — Они живут моментом. Я уж и не помню, был ли когда-то таким? Молодым, беззаботным…

— Конечно, лет двадцать пять назад, — резко выскакивает у меня из уст, прежде чем я успеваю подумать. Слова звучат чуть более колко, чем хотелось бы. А потом до меня доходит их смысл. Возраст. Это слово, как холодный снег, ложится между нами, напоминая о нашей пропасти.

— Давай ноги, — говорит Игорь, прижимая меня к себе. Его рука крепко обхватывает мои коленки, поднимая ноги на свои. Теперь я ощущаю себя маленькой девочкой, устроившейся у отца на руках. Он резким, но заботливым движением проводит рукой по моим ногам, разогревая кожу. Затем его пальцы перемещаются к ступням, обхватывая каждый палец, стараясь согреть и их.

— Холодные, как у маленькой жабки, — произносит он с тихой, едва заметной усмешкой.

— Они у меня всегда такие, — выдыхаю я, — даже летом.

Так и сидим какое-то время, погружённые в тишину. Сначала мне кажется неловким это положение, но с каждой минутой я всё больше расслабляюсь в его руках, принимая момент таким, какой он есть. Устраиваюсь поудобнее, позволяя себе просто смотреть в окно и наблюдать за снегопадом. Игорь медленно, почти машинально, гладит меня: одной рукой по плечу, другой — по ноге. Его движения спокойные, размеренные, убаюкивающие.

Но откуда появившийся интерес берет свое.

— А какой ты был, молодой? — вырывается вопрос.

— Простой, — вот так просто отвечает на такой сложный вопрос.

— Это как? — поворачиваю голову в его сторону и жду пояснения.

— До двадцати шести лет моя жизнь была обычной. Младший лейтенант… — хмыкает, что-то вспоминая. — А потом я заключил сделку, которая длится вот уже двадцать один год. Честно, она меня устраивала.

— Что за сделка? Если это, конечно, не секрет?

— От тебя у меня нет секретов, — гладит нежно по щеке, а потом невесомо прикасается своими губами к моим. — Есть в тебе что-то такое честное и чистое, в чем не хочется разочаровываться, просто хочется верить.

Прикрываю глаза.

— Боюсь, что ты меня слишком идеализируешь.

— Поверь, я многое в жизни видел… — замолкает, словно собирается с мыслями, чтобы поведать свою историю. — Если серьезно, то ничего такого. Я не продавал душу дьяволу. Я просто удачно женился.

— Значит, все-таки была любовь?