Книга Жертва по призванию, страница 130 – Галина Кор

— Нет уж! — Наверное, я сегодня встала не с той ноги. В одном месте у меня заиграло детство, и мне захотелось раскрутить Андрея на признания. Я знаю, что он относится ко мне по-особенному, но… а поговорить. — Хочу слышать все пожелания, — мой голос звучит требовательно, но шутливо.

— Ладно, — берет чашки с чаем и кофе, садится за стол и, загибая пальцы, начинает перечислять: — Желаю тебе счастья, здоровья, получить высшее образование… Кстати, я кое-то узнал о тебе, — загадочно играет бровями.

— Так… — тяну многозначительно. Но меня это не напрягает. Скрывать мне нечего, я уже выложила все о себе, о чем, возможно, и не стоило говорить. Да и выражения лица Андрея, больше игривое, что таинственное и злое. — И что ты обо мне такое узнал?

— Ты училась на лингвиста. И, более того, у тебя это отлично получалось. Поэтому я рискну предложить тебе поступить в наш университет, на такую же специальность.

— Но… — хочу возразить. И тут же поворачиваюсь в сторону Дарины, показывая на нее, как на причину будущего отказа.

— Дарина — прекрасный ребенок, спокойный, растущий не по дням, а по часам. Поэтому любая квалифицированная медсестра, справится с уходом за ней, тем более, Валентина Сергеевна, соседка наша из тридцатого дома — молодая пенсионерка, ей всего-то пятьдесят шесть.

— Ты всех соседей знаешь? — искренне удивляюсь и улыбаюсь. Андрей вроде не слишком общительный, но знает всех. Или это он только со мной стеснительный?

— Многих. Ты не увиливай от разговора.

— Я подумаю, — сегодня мне хочется говорить о чем-то другом, точно не об учебе. Хочу чего-то такого… чтобы дух захватывало, кружило голову и заставляло сердце замирать, а потом пускаться в пляс под какую-то веселую мелодию. — Так… продолжай, что ты мне еще делаешь, — кручу рукой в воздухе, подталкивая его к нужным мыслям.

— Эм… еще, желаю тебе, чтобы Дарина росла и радовала тебя, была умненькой и красивой, как ты.

— Хорошо… — киваю, принимая такое пожелание. Чувствую, что для нужного для меня пожелания он будет идти еще очень долго. Поэтому задаю наводящий вопрос: — А мужа мне хорошего желаешь? — прикусываю губу, стараясь скрыть улыбку, но у меня это плохо получается, она так и норовит выдать меня.

— Хм… Я даже знаю, где он живет! Знаешь, что он мне говорил? — вскидываю брови, ожидая продолжения. Андрей протягивает мне руку, и я вкладываю свою в его. Подтягивает ближе к себе. Он сидит, а я стою рядом, но мы практически одного роста. — Что каждый день он просто умирает от желания тебя поцеловать.

— Передашь ему? — чуть наклоняюсь и невесомо прикасаюсь к губам Андрея.

— Тут самому мало… что тут передавать? — в глазах заплясали озорные огоньки.

— А сколько надо передать, чтобы он понял, что мне тоже хочется его поцеловать?

Андрей притягивает меня к себе, усаживая на колено. И начинается наш поцелуй… Сначала нежный, невесомый, аккуратный… постепенно перерастающий в более страстный и неутолимый.

Прерывает нас Дарина своим кряхтением, которое вот-вот превратится в плач. Короче, дочь намекает, что надо матери совесть иметь… Поцелуи — это хорошо, только ребенка этим не накормишь…

Вот так постепенно, все и закрутилось.

И пик моей влюбленности наступил уже тогда, когда мы расписались. Меня прямо рвало от чувств! Хотелось кричать об этом на весь мир. А еще, запереть Андрея дома, и не выпускать. Оказывается, я страшная ревнивица. Как сказал Андрей: