Книга Развод. И снова любовь, страница 69 – Элли Лартер

Я слушаю его и киваю:

— Да, хорошо, хорошо... А когда ты вернешься?! Дамир очень по тебе соскучился.

— Скоро, — отвечает он лаконично. — Держи меня в курсе этой ситуации, окей?!

— Окей, — говорю я, и он завершает вызов.

Ну вот, только разборок с полицией мне еще не хватало!

А что делать?!

Я не могу позволить Давиду забрать моего сына...

— Ты это серьезно?! — фыркаю я, когда он ни с того ни с сего вдруг начинает угрожать: мол, будешь мою профурсетку оскорблять, сына отберу!

— Вполне, — он выпячивает губы, морщит брови, видимо, пытаясь казаться грозным, и другие, может, испугались бы, но мне смешно.

Я ведь знаю, что на самом деле он без меня не справится.

Он сейчас-то натворил дел, забрав у меня Артура всего на несколько дней... Устроил ему и болезнь, и больницу, и внеплановые каникулы, которые потом как-то надо будет наверстывать в школе... Миша об этом не думает, для него ребенок — это не столько ежедневная рутина и ежеминутная ответственность, сколько возможность показать всем вокруг: смотрите, у меня есть сын, и мы с ним вместе прилетели в Турцию! А что сын в Турции не развлекается, а страдает, это уже дело десятое...

В любом случае, угрозы Миши кажутся мне совершенно нелепыми. Он ведь и сам прекрасно понимает, что никакой суд ему сына не отдаст. Но почему-то думает, что меня такая перспектива напугает.

— Ну давай, попробуй, — фыркаю я. — Забери у меня сына. Посмотрим, что ты скажешь суду, когда я покажу ему больничную выписку...

— Суду?! — Миша смеется, и я морщусь, не понимая, что смешного я сказала. — Дорогая моя женушка, ты не поняла... Я говорил не про суды и не про легальный способ забрать у тебя опеку над ребенком... Я говорил про то, чтобы увезти его, как сейчас, но намного дальше, туда, где ты не найдешь, даже если будешь искать годами... годами, понимаешь?! Земной шар — огромный...

Вот теперь мне уже становится не по себе.

Я что-то и не подумала поначалу, что он решит играть настолько грязно.

И я прекрасно понимаю, что он вполне способен на такое дерьмо.

Но еще верю, что не должна показывать, что мне страшно.

— Боже, ты себя-то слышишь?! — спрашиваю я с насмешкой, старательно скрывая настоящие эмоции. — Во-первых, тебе потребуется решить столько бытовых вопросов — с учебой, врачами, лекарствами, продуктами, — что ты сдашься через месяц-другой. А во-вторых, это «во-первых» никогда не наступит, потому что как только мы вернемся в Россию, я оформлю запрет на выезд Артура заграницу без моего согласия и ведома, и увезти его ты сможешь максимум на Камчатку... там, конечно, дико красиво, Артуру понравится, но спрятаться не выйдет. Может, у тебя бы получилось провернуть все, не будь я заранее предупреждена, но не теперь. Можно сказать, ты сам виноват, — я пожимаю плечами и даже начинаю чувствовать себя более уверенно, хотя его угрозы, честно сказать, были ужасны.

Мы сверлим друг друга взглядами, а потом встаю и иду в сторону лифта, чтобы вернуться на свой этаж и в свой номер.

Он не идет за мной, видимо, решил, что мавр сделал свое дело.

В номере, заперев дверь и прислонившись к ней спиной, я выдыхаю и подношу к лицу пальцы рук.

Дрожат.

Страшно, тревожно.

Но ничего, я справлюсь... выбора-то нет.

Большую часть дня я провожу в номере.