Книга Измена. Ты разбил мне сердце, страница 26 – Нина Авсинова

Свободен.

Какая ирония.

Я сижу в своей съемной квартире, держу в руках свидетельство о расторжении брака и понимаю — моя жизнь разделилась на «до» и «после». До той ночи я был счастлив. Любил, был любим, строил планы на будущее. После — я один, в чужой квартире, без жены, без дома, без будущего.

Телефон вибрирует. Сообщение от Андрея: «Как ты там? Может, встретимся? Пропустим по паре?»

Я смотрю на сообщение и понимаю, что должен ответить. Должен попытаться жить дальше. Но как? Как жить, когда внутри пустота? Когда каждое утро просыпаешься и первая мысль — «ее больше нет рядом»?

Набираю ответ: «Спасибо, не сегодня. Нужно время».

Время.

Говорят, время лечит. Интересно, сколько времени нужно, чтобы зажила рана от того, что ты сам разрушил свою жизнь?

Год? Два? Десять?

Или она не заживет никогда?

Я встаю, иду на кухню, достаю бутылку. Горло обжигает, но боль внутри сильнее.

Где-то в этом городе Лена. Моя Лена. Которая больше не моя. Которая живет без меня, дышит без меня, засыпает и просыпается без меня.

А я здесь. Один. В пустой квартире. С свидетельством о разводе.

Я разрушил все сам.

И теперь придется жить с этим до конца.

**Елена**

Утренний свет прорезает жалюзи, рисуя полосы на стене. Я просыпаюсь за несколько минут до будильника, как всегда. Тело помнит режим, даже когда мозг еще плавает в остатках сна. Лежу, глядя в потолок, и привычно прислушиваюсь к тишине квартиры. Три года — а я всё еще жду, что услышу дыхание рядом. Шаги на кухне. Голос, спрашивающий, не видела ли я его галстук.

Но в квартире тихо. Только мое дыхание и тиканье часов.

Поднимаюсь, иду в душ. Вода смывает остатки сна, но не может смыть воспоминания. Они всегда со мной, как татуировка, которую нельзя свести. Иногда бледнеют, становятся менее заметными, но стоит чему-то напомнить — и они снова ярко проступают на коже души.

Кирилл. Вика. Макар.

Три имени, изменившие мою жизнь.

Быстро одеваюсь, выбирая строгий брючный костюм. Прошли те времена, когда я наряжалась, чтобы порадовать кого-то. Теперь всё функционально — удобно, практично, профессионально.

Кофе на кухне, быстрый завтрак. Квартира изменилась за эти годы — я сделала ремонт, сменила мебель, переклеила обои. Ничто не должно напоминать о том, что здесь жил кто-то еще. Что это был наш дом. Теперь это мой дом, только мой. Пустой, безжизненный, но мой.

Выхожу на улицу, сажусь в машину. Та же самая — не хватило духу продать. Слишком много воспоминаний связано с ней. Наши поездки за город, наши глупые песни по радио, наши ссоры и примирения на этих самых сиденьях. В бардачке до сих пор лежит его зажигалка. Я не курю, она не нужна мне, но выбросить не могу.

По радио крутят какую-то попсу, я переключаю на новости. Политика, экономика, погода — всё что угодно, лишь бы не музыка. Музыка пробуждает эмоции, а я давно научилась их подавлять. Проще жить, когда не чувствуешь.

Еду в поликлинику через утренние пробки. Город просыпается, люди спешат на работу, дети идут в школу. Обычное буднее утро. Для них — обычное. Для меня — еще один день, который нужно прожить, не сломавшись.

В отделении меня уже ждут — медсестры, врачи, первые пациенты. Я — заведующая теперь. Карьерный рост пришел неожиданно и быстро, словно компенсация за личные потери. Всё время, все силы, всю энергию я вкладываю в работу. Хорошее оправдание, чтобы не строить личную жизнь.