Книга Измена. Ты разбил мне сердце, страница 25 – Нина Авсинова

Я сижу на кожаном диване, смотрю в окно. Москва за стеклом, огромная, равнодушная. Где-то там моя жена — бывшая жена — живет без меня. Привыкает к мысли, что меня больше нет в ее жизни.

— Кирилл Александрович? — адвокат выходит из кабинета, протягивает руку. — Проходите.

Я следую за ним. Кабинет просторный, строгий. Большой стол, кожаные кресла, стеллажи с книгами. Адвокат садится, жестом предлагает мне сесть напротив.

— Итак, — он открывает папку с документами. — Елена Владимировна подала на развод по упрощенной процедуре. Общих несовершеннолетних детей нет, имущественных споров нет. Если вы не возражаете, развод будет оформлен в течение месяца.

— Не возражаю, — говорю я.

— Хорошо. Что касается имущества. Квартира была приобретена в браке, оформлена на вас обоих. Елена Владимировна не претендует на вашу долю, но просит выкупить ее часть или переоформить квартиру полностью на нее.

— Пусть забирает квартиру, — говорю я устало. — Полностью. Я подпишу отказ.

Адвокат поднимает брови.

— Вы уверены? Это значительная сумма. Квартира в центре, хорошее состояние...

— Уверен.

— Автомобиль?

— Тоже ей.

— Совместные накопления?

— Делите поровну. Или пусть забирает все, мне все равно.

Адвокат смотрит на меня долго, потом вздыхает.

— Кирилл Александрович, я должен предупредить вас. Вы отказываетесь от значительной части имущества. С юридической точки зрения это нерационально.

— А с человеческой? — спрашиваю я тихо. — Меньшее, что могу сделать — не отнимать у нее всё это.

Молчание. Адвокат кивает, делает пометки в документах.

— Хорошо. Я передам вашу позицию. Нужно будет подписать несколько документов. Приготовлю к следующей встрече.

— Когда?

— Через неделю. Я пришлю дату.

Я встаю, собираясь уходить. Адвокат останавливает меня:

— Кирилл Александрович, еще один вопрос. Елена Владимировна хочет знать — вы будете пытаться с ней связаться? Она просит оставить ее в покое.

Это бьёт больнее любых документов. Она даже не хочет, чтобы я пытался.

— Передайте ей, — говорю я хрипло, — что я больше не буду ее беспокоить. Если она хочет, чтобы меня не существовало — я не существую.

Адвокат кивает, и я вижу в его глазах жалость. Мне не нужна его жалость. Мне вообще ничего не нужно, кроме возможности вернуть время назад и не открыть ту проклятую дверь.

Возвращаюсь в свою пустую квартиру. Сажусь на диван, смотрю в потолок. Телефон лежит рядом, все еще выключенный. Я включаю его. Семь пропущенных от Вики, три сообщения.

«Кирилл, нам нужно поговорить».

«Макару нужны деньги на врача. Он простудился».

«Ты игнорируешь меня? Это не дело. У тебя есть обязательства».

Обязательства.

Перед Викой у меня обязательства. Перед ребенком, которого я не хотел, который разрушил мою жизнь.

А перед Леной? Перед женщиной, которую я любил столько лет, которой клялся в верности?

Перед ней у меня больше ничего нет.

Я набираю ответ Вике: «Переведу завтра. Больше не звони без крайней необходимости».

Проходит неделя. Я подписываю документы об отказе от имущества. Квартира переходит Лене полностью. Машина тоже. Общие накопления делятся поровну, хотя я пытался отказаться и от них. Адвокат настоял — «хоть что-то оставьте себе на жизнь».

Еще через три недели приходит решение суда. Брак расторгнут. Я официально не женат.