Книга Прокати меня, страница 16 – Яна Ланская

Когда мы дотащились, я перелезаю обратно в наш катер, но решаюсь на риск.

— Не оставишь мне свой номер? — Стараюсь сказать максимально не заинтересованно, но выходит какой-то писклявый голос.

— Я тебе напишу через час или два, — с улыбкой говорит Макс.

— Тогда записывай.

— У меня всё есть, Аршанская!

Катрин это уже слышит и загадочно улыбается. Когда мы отплываем, она мне сообщает, что Леша её тут же позвал тусить и сегодня ночью мы едем тусоваться на родительском катере Антропова на острова! Только я, Макс, Катя, Леша, Аня и какой-то Резо, который подъедет позже.

— И как ты это устроила?

Я в шоке от Катрин, она проворнее меня!

— Вот так…

Мы, не стесняясь моего брата и папы, визжим, напеваем футбольный победный мотив* и играем в ладушки!

Мы сделали это! Мы официально в компании Антропова!

*Dua Lipa «One kiss» припев.

Первым делом мы с Катрин бежим к Ане рассказать новости. Папа ещё не успел к мостику причалить, а мы уже выпрыгнули и помчали к Аниной калитке.

Аню застаём грустную. Она сидит в беседке с ноутом совсем сникшая.

— Аннет, ты чего? У нас такие новости! — Пытаюсь заинтриговать подругу.

— У меня тоже новости, — озабоченно говорит Аня.

— Ты первая.

— Бабушка попросила сходить за молоком к тёте Вале и еще заказала для соседки. Там было 6 литров молока и четыре килограмма творога. Ну как я это дотащу? Я увидела Сашу и попросила меня довезти.

— И что он сделал?

Я уже предчувствую какой-то замес по её словам.

— Ничего, довёз. В любви опять признавался, как всегда, короче…

— Ну и чего ты паришься?

— Не успел он уехать, как Ксюша мне прислала сообщение.

Аня протягивает нам свой телефон, на котором красуется уведомление: «Из дома можешь даже не высовываться».

— И как это понимать?

Я в полном недоумении. Катрин на пределе, она её и без этого не любит, а уж когда речь заходит об Ане, ей трындец.

— Тонь, ты лучше всех знаешь, как это понимать… Будет как с Олей.

В том году, когда к нам начали активно ходить парни и звать на тусовки, мне одна местная девочка разбила губу. Я с ней даже знакома не была. И эти парни с ней не общались. Просто такие деревенские обычаи. Дождалась, когда я останусь одна, и с другими девочками напала. Наверное, она бы сняла всё на телефон, как это обычно бывает у подростков её круга, но вовремя подъехали мои друзья.

Все были в шоке. Для нас с девочками это вообще нонсенс. У нас такого и близко нигде нет. Сначала я думала не рассказывать никому, но губу разнесло, и я призналась родителям. Они написали на неё заявление, её предки приезжали разбираться. Искали знакомых общих, через кого можно на моих повлиять, но они были непреклонны. И её на учёт поставили. А ещё у неё папа какой-то местный авторитет, та ещё ситуация…

В общем, с девочками мы теперь понимаем, что у местных свои порядки, и держимся, как мушкетёры.

— Ань, не переживай, я сейчас ей напишу, спрошу, что за приколы.

Захожу в телеграм, нахожу наш чат и вижу, что Ксюша была очень давно. То есть она меня заблокировала. Показываю девочкам.

— А, да, Тонь. Она сегодня была с Юлей и Дашей. Они помирились. Так что мы снова из противоборствующих лагерей.

Юля и Даша — Ксюшины соседки, которые нас терпеть не могут. Естественно, ей удобнее дружить с ними, а не ходить к нам за два километра. Но в том году они её загасили, и ей не с кем было общаться, вот мы и подружились.